Икам. Случайный визит. Четвертая книга романа «Икам – легенда легиона»

Когда отряд вышел к берегу Евфрата, выбор маршрута движения перешел к Бехнаму. Тот выбрал дорогу вверх по течению Евфрата. На противоположном берегу начинались земли калифа Багдадского, который считал низаритов людьми ненадежными и склонными к мятежам и потому, мог казнить их без всякого повода. Деревни и усадьбы землевладельцев отряд обходил стороной. Но, в каждом небольшом городке, в ремесленных кварталах у Бехнама всегда находились знакомые, которые с радостью принимали на постой его друзей. Не смотря на вопиющую бедность обитателей кварталов, всему отряду всегда была уготована теплая встреча.

Весь отряд ждало простое, но обильное угощение, и для всех животных находился корм в виде стволов тростника и сушеного клевера.

Убедившись, что все люди в отряде накормлены, попросив Икама, приглядеть за людьми, Бехнам обычно, отлучался, иногда на всю ночь, по приглашению старейшин ремесленных кварталов. О чем они беседовали и что обсуждали между собой, оставалось для нашего героя загадкой. Но, он вопросов Бехнаму не задавал, а его знакомый предпочитал об этом не распространяться.

Утром отряд отправлялся дальше в следующий городок, где их уже ждали, и им снова был готов теплый приём. Было похоже, что хозяева ремесленных кварталов передают отряд из рук в руки, для его беспрепятственного движения по Джазире Вавилонии.

Общее впечатление о местности, по которой отряд совершал своё движение, укладывалось в два слова – «удручающая нищета». Ухоженные кварталы богатеев, расположенные на центральной рыночной площади, вблизи городской мечети, соседствовали с настоящими трущобами, в которых проживала основная масса городского населения.

В этих трущобах находились крошечные мастерские, чадящие харчевни и маленькие клетушки жилых сараев, которые назвать домами, не позволяла элементарная честность. Женщины, дети и старики жили здесь в невероятной скученности, грязи и вони.

Эти трущобы неплохо гармонировали с живописными развалинами, которые занимали целые кварталы на городских окраинах.

За городской чертой бросались в глаза пустующие поля, разрушенные плотины и пересохшие русла каналов, поросших камышом и колючим кустарником. На берегах заброшенных каналов в квадратных холмах угадывались воспоминания о бывших деревенских строениях из саманной глины. Об общем упадке жизни говорило и редкое движение грузовых лодок по реке. Река пугала своей пустотой. Даже рыбачьи лодки встречались редко, хотя было видно, что рыбы в реке водилось много.