Раскаты Грома

Он молча принял правила такой странной, но важной для него социальной игры: поставленный голос ведущего объявлял научное звание и фамилию премируемого, после чего все гости, сидевшие в зале за небольшими круглыми столиками группами по пять?шесть человек, создавали волну аплодисментов. Хлопки ладоней, лязганье пуговиц на манжетах, вереница еле заметных ударов столовых приборов о белую скатерть и затихающий шёпот дам сливались в шквал, что выталкивал очередного новатора от науки наверх, для торжественной речи.

Речи, в которой отягчённый глубокими знаниями человек кланялся у трибуны, благодарил всех за всё. Это был своеобразный ритуал, который повторялся из года в год в стенах большого помещения с синими знамёнами академий, свисавшими с потолка вдоль стен и красной ковровой дорожкой, раскатанной по центру.

– Гхэм! – Артур почувствовал, как волнение начинает проявлять себя с новой силой. Его зрачки постепенно привыкли к яркому свету, и он даже смог различить лица присутствующих.

Теперь на сцене стоял он. Время пришло.

– Сказать, что я сейчас чувствую радость – не сказать ничего! – Радеев немного улыбнулся, а по залу прокатилась волна одобрительного смешка. – Это приятная награда за победу, к которой я шёл всю свою жизнь! Я понимал, что останавливаться нельзя, что нужно обязательно достичь цели, двигаться к ней без отдыха и жалости к себе! Идти к лучшему будущему, которое откроется для людей! – его внимание перетекало с вечерних платьев женщин на галстуки мужчин, цветы на столах, блики света на бокалах, пока не запнулось.

Препятствием стала персона, что продолжала радовать себя угощениями банкетного меню. Невозмутимый гость не проявлял ни толики интереса ни к докладчику, ни к докладу.

–И, – Артур не дал волю смятению, возникшему от увиденного, – и конечно, это событие не могло… – но тон его голоса с каждым словом становился всё более шатким. Он снова посмотрел на лица. А ведь теперь, с трибуны они выглядели по-другому.

Не такие взгляды учёный себе представлял. Радеев не понимал, как на этих лицах одновременно сосуществуют милые улыбки и уставшие, завистливые, пустые глаза.

– Гхэм!

«Почему так смотрят? Я неправ? Разве я сделал что?то не так?» – лихорадочно пытался понять Артур.

Он дважды сбился, но окружающие никак не отреагировали.

– Я без вас бы не сделал! – по инерции учёный ещё произносил слова заготовленной речи, но чувство триумфа утихло.