Чернолесье

Но никаких цифр над ним не появилось. Я сдавил снова, уже сильнее. Ничего.

– Эй, Настя? – произнес я, не слишком надеясь получить ответ. – Что у меня там со временем? Долго еще? Может быть, прервемся уже?

Тишина. Только звук моего голоса, непривычно громкий среди холодного безмолвия.

Чувствуя, как холодеют руки, я нащупал в браслете кнопку, которую показывала мне Настя, и вдавил что было силы. Ничего. Черный лес не исчез, не уступил место бетонным стенам многоэтажки. Я нажал снова. Я давил изо всех сил, дергал, а минуту спустя стал колотить запястьем о ствол дерева.

От коры отлетали мелкие черные чешуйки. Браслет не действовал.

Тогда я попытался вытащить из глаз линзы, наплевав на то, что пальцы грязные, но быстро обнаружил, что никаких линз у меня в глазах нет. И наушников в ушах – тоже.

В этот момент мне стало по-настоящему страшно.

***

К вечеру дождь перестал, и мне удалось, найдя небольшую полянку на краю леса, развести костер при помощи светящегося лезвия. Глядя на то, как постепенно тает свет среди марева туч, я стал думать, что делать дальше.

То, что я провел здесь уже много дольше трех часов, было очевидно. То, что само собой уже ничего не разрешится – тоже.

Что бы там ни говорила Настя про то, что продолжительность игры «субъективно ощущается дольше трех часов», но не в три же раза дольше? Я застрял здесь. Где бы ни было это «здесь», и что бы ни значило это «застрял». Из этого нужно исходить.

Если бы ребята из «Норски» могли меня отсюда достать, они бы уже достали.

Значит, не могут. Или не хотят. Значит, нужно что-то делать самому. Но что у меня есть? Только бесполезный браслет с зажигалкой.

Никаких инструментов, позволяющих прекратить все это. В самом деле, никаких?

Я вызвал лезвие и поднес его к лицу. Чисто теоретически, я мог бы… хотя бы попробовать… Вогнать это лезвие себе в голову. Это должно быть небольно, если резко и сразу. Если это все еще игра, наверняка это должно меня отключить от нее. А если…

Мне не хотелось даже додумывать эту мысль.

О том, что будет, если это не игра. Но разве может так быть? Разве может этот лес быть настоящим? Как тогда я в него попал, если с утра я был в Москве, а потом просто ходил по заброшенной стройке? Может быть, меня накачали наркотой, загипнотизировали, вывезли куда-то? Но как же тогда лезвие? Оно точно не плод моего воображения.

Я почувствовал, как внутри головы начинает разливаться тяжелым свинцом тупая боль.