Люди $лова

И эта совсем не Джоли, а какая-то до жути страшно толстая Жули, заслышав своё имя, поворачивается и, увидев этого своего старого знакомого – курьера слова, улыбнётся ему, но вслед за этим заметив, что рядом с ним находится такой привлекательный парень, как Алекс, не дожидаясь того, когда настанет его очередь называть её по имени, начнёт ещё больше улыбаться, но уже Алексу.

– Нет, так не пойдёт! – сболтнул вслух Алекс, не сдержавшись на такую мстительную нечестность курьера слова, который решил таким хитрым способом (он ведь специально так размеренно идёт, а это навевает на Алекса все эти провокационные мысли), спровадить от себя к нему свою страшно толстую подружку Анжелину Жули.

– А как? – удивился остановившийся у двери, ведущей в зал духовного слова курьер.

– Я это о своём. – Отмахнулся от курьера Алекс, берясь за ручку дверей. После чего он открывает дверь, входит внутрь и оказывается в этом духовном зале, служащем для проповеднической деятельности общества.

И, судя по тому, что зал уже практически был полон людьми, состоящих в основном из директоров различных структурных подразделений, глав отделов, и людей из высшего совета директоров (Алекс хоть лично многих и не знает, но имел о них видимое представление), то сегодня здесь намечалось что-то важное.

Алекс войдя, остановился на пороге у входа, пытаясь не только осмотреться, но и понять, какое для него место приготовлено здесь. А для чтобы понять это – распорядителя мест не было – нужно было обратить свой взор на стоящего в центре кафедры, в окружении малознакомых для него личностей, «капитана» Мирбуса, мимо взгляда которого не мог пройти ни один из вновь вошедших в зал людей.

И хотя учёт прибывших вёл стоящий у входа контролёр, «капитан» Мирбус в свою очередь тоже вёл свой внутренний учёт прибывших сюда лиц, которые при входе должны были продемонстрировать «капитану» свою преданность ему и данному ими слову клятвы. А для этого каждый из прибывших в зал, должен был повиноваться установленному «капитаном» новому порядку – при входе отдавать честь присутствующему здесь рядом с ним, одетому в морскую форму, его бультерьеру Кичу.

– Чем абсурднее звучат предъявляемые к человеку требования, тем выше оценивается он, как преданная идее личность. И только через фанатичное повиновение, лишь на первый взгляд кажущимся неразумными правилам, в человеке проявляется его истинная преданность делу.