Игра втемную

Но как умный и опытный политик, я эту фамилию похерил.

Насчет политических мыслей я врал самым бессовестным образом. Просто окунать в дерьмо выскочку из бывших молодых ученых, молодых комсомольских работников и бывших политических бойцов – это одно, а вот чтобы сцепиться как следует с этим товарищем…

– В общем, я не стал упоминать Бориса Лазаревича Фрейдмана из объединения «Электрон» в Грибове. А он, во-первых, один из членов правления «Скарба», во-вторых, президент АОПа, а в-третьих, вот он наверняка близко знаком с ребятами «наверху».

Что бы там ни говорили, а он все еще продолжает работать на космос, как бы мало не был нужен космос нынешней Украине.

Вадим наконец закурил свою сигарету, помолчал, потом резко встал и сказал:

– Пойдем в коридор, покурим.

Я, ко всем своим недостаткам, не курю, но постоять и подышать чужим дымом иногда приходится.

За окном сыпал снег, тусклый февральский день не вызывал никакого желания гулять по виднеющемуся невдалеке парку, но народу на площади было много.

Меня всегда поражало, сколько народу у нас шастает по улицам в самый разгар рабочего дня.

– Что ты собираешься сказать Фрейдману?

– Ну, для начала я вспомню, что мы с ним заочно знакомы. Мне довелось летом восемьдесят девятого поработать старшим вожатым в их заводском пионерском лагере, а у Фрейдмана день рождения в июле. Так что, почетную обязанность организовать детское приветствие в стихах возложили на меня. Если надо – я ему процитирую пару куплетов. Вспомнит.

– Ну, а потом?

– А потом я попрошу его прокомментировать все происходящее в «Скарбе» и в АОПе, особо уперев на то, что многие вещи мы не пустили в печать из личного уважения к нему, Борису Лазаревичу. Я думаю, что он столь тонкий намек поймет. Мужик умный.

В этом как раз никто, мало-мальски знавший Фрейдмана, не сомневался. Стать заместителем Генерального директора объединения «Электрон» в 1983 году мог далеко не каждый, и уж совсем не каждый еврей мог вообще попасть на работу в «Электрон».

Грибов – заводской и научный центрик, затерялся в сорока километрах от нынешней украино-российской границы. Генеральным в то время был Николай Петрович Егоров, генерал-лейтенант, дважды Герой Соцтруда, депутат Верховного Совета СССР, член-корреспондент Академии наук Украины.

А вторым человеком после Егорова на предприятии, создававшем начинку для практически всех советских космических аппаратов, умудрился стать Борис Лазаревич Фрейдман.