Кочевник

Когда мы аккуратно поднялись по лестнице вверх, оказавшись на тесном пороге, сразу приметили две вещи. Слева от порога был бездверный проход на балкон, а справа закрытая дверь, ведущая в загадочную комнату. Джеймс проверил небольшой балкон, как и полагается джентльмену, пропустив даму вперёд. То есть нос своей кровожадной винтовки. Там было пусто.

Гарбрант стал у двери и, произведя два выстрела, на этот раз он её выбил. Этот паренёк залетел туда первым, а я вторым. Один из Гуков тут же схватил его за винтовку и прижал к углу стены по правую руку.

Пока я пытался понять, что произошло с Джеймсом, глаза заметили ещё двух Вьетконговцев. Один из них был растерян и стоял у окна. Второй бросился прямо на меня. Своим немощным телом, каким-то образом, он смог оказать мощнейший удар на моё, хорошо разогнавшись. Его скрюченные пальцы вцепились мне в грудь, а мы вдвоем полетели прямо на пол. Благо при падении я смог поджать под него ноги и вытолкнуть его с себя, прямо за балкон. Мне это показалось забавным.

Этот неудачник, при полёте на дорогу прямо посреди улицы, достигнув её, наверняка, сломал себе шею. Надобности добивать его не было, но у себя за спиной я услышал, как пехотинцы его расстреляли.

Увидев третьего узкоглазого у окна, стоя на балконе, мне было ясно, что теперь я имею неплохую дистанцию для разгона. Реагировать нужно было быстро. Я понёсся на противника, прямо как Chevrolet Impala. Даже закричал, подобно этой машине, чтобы воссоздать устрашающий рёв, каким я пользовался во времена уничтожения последних солдат, вырезанных партизанских отрядов.

Вам стоило видеть лицо того парня в ту секунду. Двумя руками я вцепился в его грудь, и мы вылетели в окно, разбив его телом всё стекло, которое полетело со второго этажа прямо вслед за нами на задний дворик.

Задний дворик был небольшим. Вокруг стояло несколько больших цветков в больших коричневых горшках. Пол был покрыт плиткой. Мы были в окружении лишь стены соседних домов, а над головой сияло чистое небо.

При падении на плитку под моим весом, лицо этого парня скривилось, как при пытках плохой музыкой.

А вам известно, как музыка много для меня значит. Поэтому представив это, мне стало жалко парня. Сразу же пришлось прийти в себя и понять, что я на войне.

Когда моя правая рука потянулась к одному из двух мачете на спине, эта паршивая и претворчатая рожа, сделала подлянку, о которой я ничего не знал, и не как не мог её ожидать. Проклятый желторотик воткнул мне в бок нож.