Война кланов. Книга 2

Слезы и первые потери, как же это печально для столь юных особ!

Кристоф злобно глянул на своего коллегу, как будто решая, сейчас его убить или насладиться мучениями, ведь слова младшего дознавателя создали мне необходимое алиби. И как вовремя! На короткое мгновение мне показалось, что Баал старается помочь мне, но… какой в этом может быть смысл? Нет, это не может быть правдой.

За спиной Кириана вышел незнакомый парень в одежде повара. В его руках был поднос с моим ужином, исходящий паром. Ммм…

– Студентка Савар’ра, мы еще встретимся, и тогда ментальное дознание будет…

– …незаконно, – отрезал Кириан, подойдя к Кристофу вплотную.

Его угрожающая поза внушала окружающим смесь страха и восхищения. Я заметила, как разом схлынули все краски с лица дознавателя, тогда как Баал лишь улыбнулся краешком губы.

– Это будет законно, когда найдем больше улик и доказательств.

– Но ни того, ни другого у вас нет, – припечатал дракон, нависнув над растерявшимся мужчиной.

– Простите… мисс… не могли бы вы взять ваш ужин, – замялся повар, исподлобья посмотрев мне в глаза.

Криво улыбнувшись, я осторожно взяла у него поднос, при этом взглядом поблагодарив его. Мне хотелось заесть свой стресс и, наконец, остаться в одиночестве. И видимо удача снова оказалась на моей стороне. Ох, ну почему мне приходится постоянно на нее полагаться. Когда-то она может сыграть со мной злую шутку и в этом с Хами я была полностью согласна.

– До встречи! – мазнув меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего, дознаватели вышли из комнаты.

Я тихо выдохнула и с упоением принялась за свой ужин.

– Как поешь, зайди к ректору. Там и поговорим, – мрачно сказал Кириан и последовал за остальными, оставив меня одну.

– Эй! А кто дверь за собой закроет?!

Сегодня мне повезло, но что будет, если дознавателям удастся получить одобрение на ментальное дознание? И когда Мариса успела меня прикрыть? Столько вопросов… но я обязательно получу на них ответы!

Глава 7

Диас, Гиблая пустошь

Не зря это место назвали Гиблая пустошь.

Здесь не было жизни. Покореженные сухие деревья, безжизненная потрескавшаяся земля, от которой так и веяло холодом и плотный туман, который пеленал всю округу, что уже на расстоянии четырех-пяти метров с трудом можно было что-либо разглядеть. Здесь не было ветра, а солнце, казалось, просто не могло пробраться своими лучами до этого места. Тишина давила, словно в попытке уничтожить тех, в ком еще теплилась жизнь.