Поваренная книга дракона

Единственным его близким другом была ундина, которая умела залезать в его кресло с ногами, но при этом не влезать в его пространство, наоборот. Дракон любил звать ее в гости, готовить для нее и потом смотреть, как она ест. Им было удобно и комфортно друг с другом, и редко бывало, чтобы к таким посиделкам присоединялся кто-то еще из их приятелей. Самой ундине было все равно, какой дракон, что он делает и как, она не измеряла его никакими категориями, кроме одной – он был ее другом. Тали в принципе не измеряла категориями, ей было важно, ее или не ее.

Если она ставила метку «мое», то уже было неважно, кто и что делает. При условии, что это не нарушало ее личного равновесия.

Кошка, как казалось дракону, видела хозяина достаточно удобным, чтобы не гадить где попало и не рваться сбежать в открытую входную дверь. И по всей видимости, она считала его интересным собеседником, потому что нередко приходила посидеть рядом с драконом и помяукать ему о чем-то своем, кошачьем, истинно важном. Дракон даже взялся бы утверждать, что Кошка его по-своему любила.

Как кошка вообще может любить дракона.

Лилечка относилась к дракону нейтрально и немножко по-тетушкиному, что было неудивительно, учитывая его статус – «сын Эмили». Как еще она могла к нему относиться? Только так. Но при этом Лилечка не упускала случая притащить дракону поручений, даже тех, которых точно не было в его обязанностях. Считая этот офисный приют временным, Дро, естественно, упустил момент, когда список поручений стал длиннее, чем его должностная инструкция.

Он в который раз подумал, что пора завязывать.

Интересно, каково это – быть плохим? Дракон посмотрел на ундину, активно поедающую драники с вином.

– Слушай, а что в тебе плохого? В смысле, что окружающие считают в тебе плохим?

– Ну, – рыба отломила кусочек драника и угостила Кошку. – Самое прекрасное, что я слышала в свой адрес, это – ты всегда делаешь только то, что хочешь.

Дракон рассмеялся:

– А так, безусловно, нельзя?

– Нет, так нельзя.

По мнению моего собеседника, я должна учитывать интересы других людей, задумываться о том, не обижу ли я кого своим словами или действиями, идти на компромиссы.

– Но рыбы так, конечно, не делают, – съязвил дракон.

Ундина повернулась к другу и почти серьезно сказала:

– Дро, скажи мне. Почему я должна учитывать интересы других людей в ущерб своим собственным? Вот где в этой альтруистичной схеме мое личное мещанское счастье?

– Так не получится не учитывать.