Поваренная книга дракона

Угловатые манеры, смешные старомодные джинсы-клеш и растрепанные вьющиеся волосы, которые она даже не расчесывала, никак не могли скрыть от мира ее искрящуюся энергетику.

– Это моя тайная миссия, я тебе сто раз об этом говорила. Есть давай уже, Магистр Планов.

– Ты не рыба, ты свинота, – проворчал дракон.

Ундина уже жевала бутерброд и поглядывала на дракона, изучая. Она знала: дракон был не любитель ворчать. Ерничать, язвить и использовать сотню разновидностей сарказма – это да, хлебом не корми (а не кормить дракона было очень опасно), а вот откровенно ворчащим и хандрящим своего друга она видела редко.

– Что случилось, Дро?

Дракон уныло вздохнул.

– Чтоб я знал.

– Ой, врать, – ундина аж подпрыгнула. – Давай мне еще один бутерброд и рассказывай.

– Я хочу уйти с работы. Она ж невыносима, рыба. Слушай, ну вот как люди десятилетиями работают в одном и том же офисе и при этом не сходят с ума?

– А-а-а-а, – протянула подружка дракона. – Ну наконец-то.

– В смысле – наконец-то?

– Я ждала, когда ты уже закончишь эту дичь с работой в офисе по специальности.

– Каракатица ты морская! – выругался дракон. – А почему ты мне раньше не озвучивала свои мысли? И как это глубокомысленное изречение стыкуется с тем, что ты сама работаешь в офисе?

– А что бы это изменило, скажи я тебе, что ты идиот? Дро, ты сам отлично знаешь, где твое место.

– Хренесто, – огрызнулся Дро.

– Ага. Хренесто. Между хреном, тестом и пестом.

– Иди в болото, а?

– Ну. Вот видишь? Именно поэтому я и оставила тебя самостоятельно дойти до готовности.

– А если бы я умер там, в офисе?!

– Не-е-е-т, драконы так просто не умирают. Спалить офис, конечно, мог бы, – ухмыльнулась ундина. – Но не спалил же. А я работаю в офисе по одной простой причине, о которой ты мог бы и сам догадаться.

– Ну?

– Я не дракон, я – ундина.

– Ага. И фас тоже.

– Он самый. Функция!

Ундина рассмеялась, и дракон не удержался, тоже рассмеялся и взял с подноса отличный бутерброд с pesto. Да, пора было заканчивать. Кажется, свой сыновний долг он выплатил.

Для него не было секретом, что Эмили, прося его о помощи, нажала на самую большую родительско-детскую кнопку – помоги маме. Она точно знала, что он не откажет, и воспользовалась этим. И все же, все же, все же.