Под грязью пустота

Сначала отхарили бабу, мужик чего-то там орал, потом, бабу долго резали у него на глазах, совсем рядом, перед самым лицом прикованного к машине мужика.

Краб резал. Брызги крови летели во все стороны, баба визжала, кричал мужик… Кто-то из пацанов не выдержал, и его стошнило. А он, Нолик, спокойно стоял в стороне и наблюдал, затягиваясь сигаретой.

– А чего там дергаться, – сказал подумав Нолик Кириллу, – как в кино. Что я по видаку не видел такого?

– А Гроба стошнило. Он что, видака не смотрел?

– Ну не знаю я! Не проняло меня и все.

– Не проняло. В этом и весь фокус. Вот ты что с той бабой в лесу сделал? Ну сегодня?

– Замочил.

– Точнее.

– Ну это, ткнул ее несколько раз ножом, она подохла.

– Не выпендривайся, Нолик, не нужно казаться круче, чем ты есть на самом деле.

– А че ты доебался? Что сделал, что сделал? Бабу замочил! – Нолик опустил стекло, чтобы выбросить окурок. В лицо упруго ударил холодный встречный ветер. Нолик торопливо поднял стекло.

– Не психуй. А то в один прекрасный день съедешь крышей.

– Не съеду.

– Думаешь? И Гуся помнишь?

– Че ты мне Гуся тычешь? Он как был ебанутый, так и помер… Гусь!

– Да не был он поначалу ебанутым. Это потом, когда начал по мокрому работать, понравилось ему это дело, только это и стал делать. Мочить, мочить, мочить… Как бешенный стал. Вот его как бешенную собаку и пришили. Въехал?

– Въехал. И что же мне нужно делать, чтобы не сбеситься? Укол принять?

– Думать нужно по-другому. Помочь своей голове остаться нормальной.

– Это еще как? Я не убиваю, не убиваю, это мне только сниться! – замогильным голосом протянул Нолик, пытаясь подражать интонациям гипнотизера.

– Почти. Ты должен понять, что ты не убил ту бабу. Ты просто выполнил свою работу. Усек? Работу. Вроде как не ты ее замочил, а Краб.

– Краб… Краба там не было, между прочим.

– Козел, – без злости сказал Кирилл, – вот это ты бы сам там крутился, за сто с лишним километров от города. И бабу эту самую ты просто мечтал прирезать… Так?

– И мне от этого сразу полегчает.

– Не сразу. Может и не полегчать. Все от тебя будет зависеть. Или ты сможешь или нет.

– А что тогда?

– Тогда? Тогда ты либо себе в конце концов в лобешник пулю вгонишь, либо сопьешь к херам собачьим, на наркоте сгоришь… Либо тебе это дело начнет нравиться. Как Гусю.

Нолик поцокал языком.

– Это ты меня пугаешь?

– А нахрена мне это?

– А нахрена тебе меня предупреждать? Родственник, что ли?

– А и сам не знаю.