Черное пламя. Падший ангел

Окончательно собравшись, Крит упал на пол и стал приходить в чувства. После такого перемещения, встать сразу ему не удалось, и его повело прямиком в пропасть, но он удержался на ногах. Теперь, уже твердо стоя на утёсе, он осмотрел местность: всю долину, цепи гор, лес, озёра, отвесный край скалы и застыл на тёмной арке. В груди охотника сгущалась злость, при виде чёрного грота. Несколько секунд он смотрел внутрь, но увидеть мог лишь мрак и то, как ледяной ветер метал во все стороны скальную пыль. Наконец-то он заметил демона, тихо сидящего на камне, и двинулся к нему.

Не успел он дойти, как услышал вопрос:

– Что, теперь ты счастлив? – довольным тоном произнёс Грегориан.

– Она жива, ты сдержал слово, но я не перестану думать о ней. Что же она теперь будет делать? Я же пропал и никто обо мне не узнает,всёравно она будет страдать!

– Не волнуйся, поплачет недельки две, потом и новый любимчик у неё появится, и ты потихоньку уйдёшь из её сердца навсегда.

Ярость Крита достигла критической точки, он не мог терпеть оскорбление чувств, что их связывали.

– Заткнись, не смей так говорить о ней! Ты ничего не знаешь о нас, наших чувствах, нашем прошлом. Что ты вообще об этом знаешь, ты демон, лишённый сердца и всего человеческого!

Крит стоял в агрессивной стойке, сжав кулаки, выставив ногу вперёд. Теперь он ждал ответной реакции, предположив, что она будет бурной.

Однако, после короткой паузы, накал страстей не продолжился. Грегориан спокойно встал, поправил плащ и двинулся к своему непокорному слуге.

Он шёл медленно, возможно обдумывал ответ, возможно, хотел ещё больше удивить Крита своим спокойствием. Не дойдя нескольких шагов, он остановился и надменно рассмеялся, покачивая головой – сейчас он совсем не казался грозным и безжалостным демоном.

– А что ты знаешь, мм? Сколько тебе, около двадцати, ха, что ты мог увидеть и узнать за столь короткий срок? Ничего! Да я не испытывал такой любви, любви мужчины и женщины, но я многое знаю. Я видел столько вариантов развития этого чувства, столько разлук и предательств, и быть может раза три, за тысячу лет это чувство было искренне и бескорыстно.

Вы, люди, загниваете до самых корней, до самых глубин своего сердца. Вы уже лишены воли, вы как стадо, ведомое грехами и страстями к своей гибели. И даже если несколько людей будут жить правильно и у них вместо плесени в сердце будет свет и тепло, им ничего не изменить. От начала своего существования человечество катится в тёмную бездну.