Почерк дракона

Все это у меня запротоколировано, снабжено бирочками и фотографиями. Я знал все, – Арсений Ильич сделал паузу.

Шатов вначале кивнул, молча. Потом насторожился и обернулся к Арсению Ильичу:

– Знали? В прошедшем времени? Как же это вы так?

– Да вот так! В моем заповеднике вдруг произошло нечто такое, чего я не смог понять и объяснить…

– И одна бирочка осталась без применения.

– Нет, это на кое-что у меня не нашлось бирочки. Обидно. Меня только коллекционер может понять, тот, кто собрал, наконец, полную коллекцию и вдруг обнаружил, что просто не может себе представить куда именно, к какому разделу отнести новое поступление.

Тут поневоле начинаешь чувствовать себя профаном. А это, согласитесь, не самое лучшее ощущение.

– И вы решили обратиться к профессионалу…

– Это к вам, что ли?

– А разве нет?

Арсений Ильич дернул щекой, словно сгоняя с лица комара:

– Вы не смогли утаить даже статью о дрожжевом заводе. Какой вы профессионал? Максимум, что вы можете сделать, это распутать след.

И только в том случае, когда вас предварительно ткнут в него носом.

– Тогда почему же я?

– Не обязательно вы. Мне нужен был человек, имеющий связи в органах внутренних дел, но не милиционер. Одинокий, но контактный. Нуждающийся в защите, но не полный дебил. Ну, и еще много разных критериев. Вы оказались первым, кто набрал нужное количество баллов и пришел в необходимое состояние. И я могу вас заставить раскопать нужную мне информацию.

– Вы в этом твердо уверены? – Шатов лихорадочно пытался все это время найти выход, дыру в тех логических построениях, которые воздвигал вокруг него Арсений Ильич, но пока что-то не получалось.

Оставалось только создавать видимость уверенности в себе.

– Я в этом совершенно уверен. У меня для вас есть и кнут и пряник. А это срабатывало всегда. Вам с чего начать изложение, с кнута или пряника?

– С пряника.

– Пряник громадный. Просто гигантский. Если вы выполняете мое задание, то вас оставляют в покое.

Честно. Я вам уже это говорил и могу поклясться. Послушная гончая вернется к себе в будку живой и почти невредимой.

– Непослушная?

– Не вернется вообще. В этом заключается кнут. Но не только в этом. Кнут в моем восприятии – это не средство запугивания или наказания. Это средство ускорения. Так вот, условия вашей работы будут следующими – вы получаете от меня задание. Я даже не буду ограничивать время, за которое вы его обязаны выполнить. Решайте сами.