Купол раздора

Правда, наш глобус, планета – это же теперь то, что под куполом только, так же в гимне поют, хах!

Помниться, в давние времена доблестная пропаганда говорила о том, как плохо там за куполом, как они там загибаются, да и что вообще враги они и не стоит это забывать. Но вот зато теперь все как изменилось! Теперь говорят нам, что… Да ничего они не говорят. Нет теперь их, есть только мы, у нас – страна-планета, а про внешних стараются не упоминать. Сами-то, зато живут почти как эти самые внешние , мда… А вот ты, брат, знаешь, какова этимология слова купол, а? – он посмотрел на собеседника с вопрошающим видом.

Паша отрицательно покачал головой, шел подстраиваясь под темп друга и смотрел себе под ноги, на пыль, шишки.

– «Сupa» с латыни – «бочка». Помнишь, кто в такой жил? Философ Диоген. Ладно, он не в бочке на самом деле жил – их тогда не было – а в амфоре. Но суть не в этом, – парень торопливо махнул рукой, – философия его в аскетизме. Он учил, что для счастья человеку необходимы лишь самые простые вещи, а погоня за богатством и материальными ценностями превращает свободного в раба.

И каждому желающему стать его учеником предлагалось испытание: встать в центре Афин и начать просить милостыню.

И вот! Живем мы под куполом, пока мир и наше досточтимое руководство партии ведет нас в светлое будущее под лозунгами аскетизма. Нет роскоши! А, как? Глубоко… Но сами, конечно, придерживаются других философских течений, все к гедонизму ближе.

А о стремлении к удовольствиям как стилю жизни размышляли философы Аристипп, Эпикур, многие другие. Вот, видимо, и их учителя. Неплохо устроено, ни правда ли? – иронично, с улыбкой сказал Макс.

– Откуда ты все это знаешь, книжки родителей?

– Черный рынок знаний, друг мой! Покупаю, друзья дают почитать, как еще в наше время веселое? Мы, кстати, пришли! – он указал рукой вперед.

Впереди на бревнах, раскинутых на поляне, сидели несколько ребят – один из них даже приволок с собой гитару.

Макс сказал Паше не робеть, похлопал по плечу и устремился энергичным шагом к незнакомцам.

Двое парней обсуждали что-то очень интересное, да с таким увлеченным видом, что других и не замечали. Один высокий, худой, бледный парень в поношенной одежде, а другой низенький, сутулый да полненький, в черном худи и с засаленными волосами. Все начали здороваться, обниматься, шумно заводить разговоры.