Хозяин жизни

– Вас зовут?

– Марина, – спокойно ответила она, раздевая меня глазами.

– Марина, вы только умеете быть красивой? Или вы и работать можете? – с иронией спросил я и порадовался мимолётному гневу, окрасившему молодые гладкие щёки.

– Зарплату отрабатываю, – сдержанно ответила девушка, хотя и хотела, наверняка, влепить мне пощёчину.

– В таком случае, мне нужно в кратчайшие сроки выяснить следующее, – я прекратил балагурство и посерьёзнел. – Адрес проживания и где работает патологоанатом… – я сверился с записями в блокноте.

 – Виктор Лыткин. Именно он вскрывал всех жертв в Железноводске и выдавал заключения. Также необходимы данные об участковом, в ведении которого находится эта территория… Записывать не будете?

– У меня есть память, – сухо ответила она.

– Хорошо. Дальше. Я сейчас дам список жертв. Нужно выяснить адреса прописки и адреса работы каждой. И по каждой жертве дать список родственников в городе и окрестностях. Особенно тех, с которыми они живут… жили в одном помещении.

– Сделаю, – кивнула она, внимательно глядя на меня.

– Итак, у ГИБДД нужно запросить информацию о ДТП, в котором погиб Данила Тихонов.

– Поняла.

– У пожарников нужно запросить данные как по сгоревшей машине Тихонова, так и по сгоревшему дому Алексея Иванова.

– А при чём тут наше ведомство? – подал голос Валерий Петрович. – Это ж не отравления какие-нибудь или болезни. Они ж сгорели.

– Возможно, они не при чём. А, может быть, часть общей картины, – сухо пояснил я, глядя на водителя, который нас не слушал и с увлечением поглощал печенье.

 – Эти люди могли умереть от тех же причин, что и остальные участники списка, в результате чего и произошли пожары. Тихонову стало плохо за рулём – авария, пожар. Иванову стало плохо дома, ну, скажем, когда он готовил еду или зажигал свечи. Хрен его знает, что бы он мог делать, чтобы спалить дом. Но вот стало ему плохо от тех консервов и сгорел он в доме. Нужно видеть картину, как пожары образовались и развивались.

– А про какие консервы идёт речь? – робко спросил Валерий Петрович.

– Про консервы, которые убили как минимум девять человек.

У Марины вытянулось лицо, начальник вылупил на меня глаза, а водитель перестал жевать.

– Это предположительная версия на основе свидетельских показаний, – уклончиво пояснил я, видя немой вопрос в трёх парах глаз. – И я прошу вас эту информацию не разглашать, иначе я упеку слишком болтливых в тюрьму на несколько лет. Я обладаю такими полномочиями.