Хозяин жизни

– Чёртовы дети, – проворчал я, глядя на сомнительные подсохшие куски хлеба с непонятной начинкой внутри. – Не давали спать всю ночь. А воспитатели набухались и просто забили на это.

– Ничего, домой приедешь и поспишь, – начальник брякнул на стол полупустую стеклянную банку с гигантскими зелёными оливками.

– Не посплю, – я тяжело вздохнул.

– Так всё безнадёжно?

– Мы разводимся, – я вздохнул ещё тяжелее.

– Ну и хрен с ней, – пожал он одним плечом. – Другую найдёшь.

– Так что за дело у тебя для меня? – я постарался сменить тему.

– Пожри сначала, – сварливо проворчал он, вытирая лоб и щёки смятым грязным платком.

– А давно она делала бутерброды? – я взял один и с подозрением понюхал.

– Нормальные они, в холодильнике лежали, жри чего дают.

Несколько минут мы молчали, сосредоточенно жуя и думая каждый о своём. Оливки оказались бесподобными, и я нагло съел почти все, выкладывая косточки на столе в виде снежинки.

– В Псковской области возник очаг непонятного заболевания, – наконец-то принялся рассказывать Павел, развалившись на стуле и почёсывая волосатую грудь через помятую рубашку.

 – Тридцать пять случаев острого кишечного расстройства, четыре из них с летальным исходом. Местные врачи затрудняются в постановке диагноза. Патологоанатомы в растерянности.

– Ну, блин, Паш, ты меня поражаешь, – я позволял себе такую фамильярность по отношению к начальнику, потому что находился у него на хорошем счету и обеспечивал стабильность кресла под его задницей.

 – А что, Ярика нельзя было послать? Это же явно его случай. Он на этом собаку съел.

– Я не знаю, чего он там съел, но Ярослав уже три дня как в больничке лежит, – угрюмо сообщил Павел, одновременно шевеля и кустистыми бровями, и пышными усами. – В инфекционку упекли. Остальные все на заданиях, а Кочеткова замуж выходит, у неё сейчас первичные половые прелести суженого-ряженого на первом месте, а не работа.

– Когда уже нашу команду будут расширять? – сварливо озвучил я риторический вопрос.

 – Не можем же мы поспеть везде. Я в отпуске был впервые за пять лет и то какие-то сраные шесть дней.

– Не зуди, – Павел нетерпеливо постучал толстыми пальцами по столу. – Скоро дадут нам ещё три ставки. Не проблема выбить деньги. Гораздо труднее найти таких же, как ты или Кочеткова.

Я испытал небольшой приступ гордости, но благоразумно сдержал эмоции. Но характер не позволил мне согласиться сразу.