Мёртвые цветы

Уже достаточно сухое, ещё несколько дней и следов вообще не останется.

– Я про это пятно говорил, – буркнул Владимир у меня за спиной, но в его комментарии уже не было нужды.

– Так вы говорите, что в деревне ни у кого больше нет машины, кроме лесника? – я встал с колен и отряхнул брюки.

– Если ты не веришь, то можешь проверить реестр зарегистрированных авто по нашему району, – почему-то обиделся полицейский.

– Моя работа не верить, а проверять и выявлять факты. Я обязательно проверю.

– И проверь, – Владимир развернулся и пошёл по дороге в деревню.

Мы со старухой переглянулись и молча последовали за ним.

В принципе, мне здесь всё было ясно. Осталось лишь свести все факты в стройную схему и написать красивый отчёт. Зря мы с Русланом так всполошились, никакой диверсией и посягательством на нашу родную Корпорацию и не пахло. Просто деревенщины просрали бесценный подарок, который мог хоть немного улучшить их жизнь. А подростки потому и покусились на роботов, что те были оторваны от связи с «материнскими» серверами.

Вывод из этого был только один – не поставлять роботов туда, где нет связи.

Я дошагал до машины, взял с переднего сидения рабочий ноутбук и пиджак, сел и положил их себе на колени. Мэр, лесник и полицейский просто стояли и смотрели на меня с тупыми лицами, как будто не понимали, зачем человек садится в машину.

– Поехали, – мне надоело ждать появления искры интеллекта в их головах и я отдал приказ.

Тогда все враз засуетились: Елисеев жалко твердил про какие-то «пирожочки с яичком в дорогу», полицейский обещал-таки написать отчёт, и лишь Михаил молча сел за руль и завёл допотопный двигатель.

Признаться, мне было не по себе от такой близости к потенциально опасному агрегату, готовому взорваться в любую секунду, но делать было нечего.

Наконец-то машина тронулась с места, мы проехали через площадь, завернули за поворот и помчались через густой и опасный лес, который по-прежнему давил на меня, словно угрожая задушить.

К счастью, то ли у лесника хватило мозгов понять, что я не имею ни малейшего желания с ним общаться, то ли ему попросту нечего было сказать. Но всю дорогу до представительства Корпорации в Архангельске мы сидели молча, думая каждый о своём. О чём думал он, я не пытался предположить, да и не собирался делать это. Я же думал о том, что безумно хочу есть. А ещё я мечтал о тех временах, когда меня заберут в центральный московский офис компании.