Сверху

– Вот ты где! – воскликнула Нина, внезапно появляясь из-за спины, и Миша против воли вздрогнул всем телом.

Стыд от нечаянно продемонстрированного страха соединился с робостью, которая нападала на него только в присутствии самой прекрасной девушки на земле. Миша сделался пунцовым и с усилием сглотнул слюну.

– Ну что, готов воссоздать сцену из глубин веков? – с привычной насмешкой спросила она, собирая волосы в хвост.

– Я… да… я готов… – мальчик закашлялся.

– Я предлагаю создать торговую сценку, это будет и забавно, и интересно.

Будешь продавать мне горшок для мёда, а я буду привередничать, – Нина приняла от работницы гардероба элегантный ярко-жёлтый дождевик и придирчиво сжала губы, видя пятно на обшлаге правого рукава.

– Да, можно… да, – проблеял Миша, злясь на самого себя.

– Слушай, на уроках тебя хлебом не корми, дай только языком почесать, – усмехнулась она, глядя на него с заметной издёвкой. – А сейчас как будто язык откусил. Или как будто засунул его себе в жо…

– Нельзя такое говорить! – он поспешно огляделся, чтобы убедиться, что их не услышал никто из учителей.

Ещё не хватало, чтобы его потом распинали на пионерском собрании.

– А ты всегда делаешь только то, что можно, да, послушный мальчик? – её едкий сарказм мог бы растворить кусок металла.

– Мне к бабушке надо сейчас! – выпалил он, чтобы переменить тему.

– В «Сиреневые дали»? – Нина с пониманием кивнула, попутно застёгивая молнию дождевика и накидывая капюшон на голову. – Внучачий долг, что ж, понимаю.

Во сколько освободишься?

– Бабушка хочет, чтобы я проводил с ней хотя бы час.

Она посмотрела на наручные часы.

– Так, ну давай, неси ей пирожочки, а к пяти часам тогда к нам и подходи. Жёлтый дом возле министерства. Позанимаемся с тобой… чем-нибудь интересным.

Девочка лукаво улыбнулась, а потом и вовсе рассмеялась, когда новая порция краски бросилась ему в лицо.

Он так и стоял и смотрел ей вслед как болван. И опять не пригласил!

– Да твою ж дивизию! – воскликнул он отцовскую фразу, которую тот издавал, когда у него что-то не получалось.

Миша выскочил под дождь в распахнутом дождевике и тут же об этом пожалел. Застёгивая на ходу молнию, он накрыл волосы капюшоном и просунул руку во вторую лямку рюкзака. Оставалось только радоваться, что тот был непромокаемым, и планшету ничего не грозило.

Дорожки школьного сада покрывала вода, так что шагать приходилось аккуратно, чтобы не замочить ботинки.