Всадники Постапокалипсиса. Поворот судьбы. Книга 1

Ашер взял ложку из тарелки Балаама и запустил ею в спящего, тот нехотя открыл глаза.

Хам почувствовал вкус власти помощника десятника:

– Перед вами Мелкицедек, сын Иеффая, из благородного дома Кира, – повторил он. – А я его заместитель Хаммурапи, сын Амнона.

– Кефа

– Балаам

– Ашер.

– Балак.

– Нур-Адад.

– Итерпиша.

– Вот и познакомились, – сделал вывод Мелк. Никто не был рад новому десятнику и его заместителю.

– Мы выступаем на столицу. Сегодня к нам добавят ещё двоих для полной комплектации датабама.

– И нас поведёт на разведку Датапатиш, который не смыслит в разведке ничего, – сказал Кефа.

– А ты, кажется, не учишься, – сделал вывод Хам.

Спустя три дня по пиптскому тракту, называемому Экт Випит, что означает Дорога Князя, маршировала вавилонская армия – амртака. Южане миновали мелкие города Лат и Карт, а также сёла: Нани, Хиур, Пат и Унт. Вавилонцы насмехались над тем, как пипты любили сокращать названия. Молодой десятник был выше этого.

Через несколько дней амртака встала лагерем у столицы Оик.

Город раскинулся под величественной грядой – Ату Крат или Горный Щит. Самой высокой была – Князь-Гора.

Переговоры

По замку шёл человек в доспехах. Его оранжевый плащ с золотистым гербом в виде подковы и трёх еловых ветвей выдавал в нём представителя титлийского дома. На стали доспехов красовался лик Святого Кузнеца. Шлем дополнялся белой гривой из конского хвоста – знак наивысшего воинского статуса.

Воин в латах являлся главой самого знатного из семейств Пипта, звали его Макт.

Также он был известен, как Лев из Пипта. Жёсткость лица с квадратным подбородком подчёркивалась всепроникающим взглядом. Когда-то каштановые волосы уже успели окраситься сединой. Морщины, давно ставшие неотъемлемой частью волевого лица, свидетельствовали о богатейшем жизненном опыте.

Свет в коридор проникал сквозь маленькие бойницы. У одной из них воевода остановился и начал пристально рассматривать армию вторжения. Он видел, как устанавливают лагерь враги.

Вместо родного пиптского леса почти везде были видны только катапульты, лестницы и передвижные башни, окружённые частоколом из когда-то прекрасных деревьев.

Макта охватил гнев, но он сдерживал его. Он углубился в богатые коридоры княжеского дворца, украшенные величественными статуями из мрамора, узорчатыми коврами, металлическим оружием на стенах и изысканной деревянной мебелью. Его шаги отдавались эхом под высокими сводами дворца.