Перекрёсток

Илья остановил его и, ткнув в изображение лежащего человека, спросил: «Что с ним?» Пленный сложил руки на груди и высунул язык, демонстрируя, что тот умер.

– Мне вот что интересно, – словно бы сам себе сказал Илья, – он рисует, как Пашу едят, это он сам домыслил? Или присутствовал при поедании? А если присутствовал, то почему никак себя не проявил? Как они отбиваются от обезьян? Ведь в городе они тоже шарят, должны ведь обезьяны на них реагировать?

– Предлагаю следственный эксперимент, – снова очнулся от спячки снайпер, – развязать обезьяну и оставить их наедине.

Если не сожрёт его, значит, есть какой-то секрет.

– Отставить, – осадил его Кнут, – у меня, Док, от твоих гениальных идей уже изжога, ты лучше поспи.

– Думаю, за полгода-год, его на базе обучат нашей мове, а там можно установить контакт, имея готового толмача, – начал рассуждать вслух Палач, – вот этим он и ценен.

– А станет ли сотрудничать? – усомнился Илья. – Мы ведь всю его банду перебили.

– Так он этого не видел, – возразил Палач, – в отключке лежал.

Потом-то узнает, конечно, да там видно будет.

– Что с языком? – спросил Кнут, поворачиваясь к Илье, – определил, на каком говорит?

– Нет, – Илья отрицательно помотал головой, – либо какая-то экзотика, которую даже я никогда не слышал, либо язык, которого в нашем мире нет совсем.

Он присел перед пленным на корточки, взял в руки блокнот и начал рисовать предметы, требуя от него произносить название, тот повторял несколько раз, а Илья русскими буквами записывал произношение.

Нашлось около четырёх десятков слов. Рука, нога, вода, хлеб, солнце, луна, дерево и много какие ещё. Пленный, поняв правила игры, произносил слова старательно и разборчиво. Никакого особого результата не добился. Единственная аналогия была со словом «небо», которое пленный обозначил, как «дьяо», что заставило думать об индоевропейской природе языка.

Прорыв случился чуть позже, когда пленный, недовольный тем, как Илья повторял слово, взял блокнот и попытался его написать. На бумаге появились те же самые знаки, что он видел в книге аборигенов.

Подвывая от восторга, Илья метнулся к куче вещей, оставшихся от прошлой экспедиции, быстро разыскал там книгу, которую и сунул пленному под нос. Тот оказался грамотеем средним и читал очень медленно, но всё-таки читал. Илья обернулся к своим:

– В одном из помещений лежат книги, их нужно передать с ним, обязательно.

– Сделаем, – вздохнул Кнут, – много там?

– Если упаковать, то один человек унесёт.