Привести в исполнение. История

Неожиданно он увидел двух всадников, которые ехали к нему, пристально его разглядывая, будто хотели о чем-то спросить, но, не доехав около десяти саженей, свернули и вскоре скрылись.

Карпо насторожился, даже нащупал в голенище сапога нож, затем подумал: «Передумали, видимо спрашивать или обознались», – но тревога улеглась только дома.

– Мамо, как ты себя чувствуешь? – с надеждой на улучшение ее состояния спросил Карпо, войдя в хату.

– Еще ноги дрожат, но значительно лучше. Что ты хотел?

– Надо бы Полину увидеть, сообщить ей, что по окончании работ по вспашке зяби пусть ждет сватов.

Побегу к Полине может договоримся о дне, когда можно засылать сватов.

– Трошки подождал бы. Ты в работе, дядя тоже может быть, я окончательно встану с постели.

– Я только скажу, чтобы ждали сватов.

– Ладно, иди – согласилась мать.

Встреча не назначалась, поэтому Карпо постоял на их любимом месте, не дождавшись Полину, направился к дому Полозовых. Знакомый плетень из молодых веток вербы, запертая калитка.

Все как обычно, но в окнах не светится огонь лампы. «Что случилось? Еще не поздно, чтобы ложиться спать, – терялся в догадках он, – может, стали экономить керосин? Трудная зима ожидается».

Карпо потоптался у калитки, хотел постучать, но не решился. «Вдруг уже спят. Завтра, пораньше приду».

Прошло три беспокойных ночи с тех пор, как состоялась встреча Полины и Сабитова. Чтобы избежать прихода гостей, Полозовы ложились рано, едва спустятся сумерки. Евдокия, подойдя к окну, увидела стоящего у калитки Карпо.

Чтобы его случайно не увидела дочь, она ушла в другую комнату и позвала к себе Полину и некоторое время занимала ее расспросами об Андрее, иногда даже нахваливала его. Разошлись с разными мыслями, но об одном.

Полина часто просыпалась, подолгу лежала, глядя в потолок. Память возвращала ее к встрече с Сабитовым. Она пыталась думать о Карпо, но он не задерживался в ее голове. Все время всплывали слова: «Разве ты не достойна, в карете барыней ездить!? Какая из меня барыня! – хихикнула она над собой, но с удовольствием представила, как исказится лицо Дашки: «Она от зависти уродиной станет», – мстительно прошептала Полина.

Другой голосок будто издали напомнил: «А может, обрадуется, Карпо ей достанется. Вдруг Дашка правду сказала, что он действительно был с ней». Последняя мысль не бросила ее в ярость ревности, а чуть кольнула ее душу и отступила под натиском других неизведанных ощущений.