На краю Ойкумены

На поляну выдвинулось широкое покрывало черной тени.

Танцы окончились. Тесса с подругами спела Иресиону – песню о ласточке и весне, любимую Пандионом. Наконец молодежь парами направилась по тропинке к селению. Пандион и Тесса шли позади всех, намеренно замедляя шаги. Едва они поднялись на гребень холма перед селением, как Тесса вздрогнула и остановилась, прижавшись к Пандиону.

Отвесные обрывы известняковых круч, вздымавшиеся позади виноградников, отражали лунный свет, как исполинское зеркало.

Казалось, над селением, прибрежной равниной и темным морем стояла прозрачная завеса серебристого света, полная зловещего очарования и молчаливой тоски.

– Мне страшно, Пандион, – шепнула Тесса. – Велика мощь Гекаты – богини лунного света, и ты отправляешься в те места, где она владычествует…

Волнение Тессы передалось Пандиону.

– Нет, Тесса, не на Крите, а в Карии[25 - Кария – страна на побережье западной оконечности Малоазиатского полуострова.] владычествует Геката, туда не лежит мой путь! – воскликнул юноша, увлекая девушку домой…

Пандион очнулся от грез.

Нужно было поесть и продолжать путь. Он принес жертву морскому богу и, выйдя на берег, измерил свою тень,[26 - Измерением тени определяли время в Древней Элладе.] переставляя ступни ног по ее отмеченной длине. Тень в девятнадцать ступней показала ему, что нужно торопиться – до вечера надо было устроиться на корабле.

Пандион, обогнув на лодке остров, увидел белый каменный столб – знак гавани – и начал грести быстрее.

Глава 2

Пенная страна

Ветер уныло свистел в жестких кустах, поднимая крупный песок. Хребет протягивался на восток, как дорога, насыпанная неведомыми гигантами. Он, изгибаясь, обрамлял обширную зеленую долину. Горы пологим откосом спускались к морю. Откос был покрыт ковром ярко-желтых цветов и издалека казался огромным куском золота, обрамлявшим сверкающую синеву моря.

Пандион ускорил шаги. Сегодня он особенно остро ощущал тоску по покинутой Энниаде.

Ему не советовали забираться так далеко, в эту замкнутую горами часть Крита, где потомки древнего морского народа были неприветливы с пришельцами.

Пандион торопился. За пять месяцев он побывал в разных концах огромного острова, длинной гористой полосой протянувшегося посреди моря. Молодой скульптор видел чудесные и странные вещи, оставленные древним народом в опустелых храмах и почти безлюдных городах.