На краю Ойкумены

Угасла и воля к жизни, все тяжелее было напрягать ослабевшие мускулы, не стало желания продолжать борьбу. Рывками почти безвольных рук юноша поднялся на гребень волны и, повернув лицо к далекой родине, закричал:

– Тесса, Тесса!..

Имя любимой, дважды брошенное в лицо судьбе, в лицо чудовищной и равнодушной мощи моря, было сейчас же заглушено ревом бурных волн. Вал накрыл неподвижное тело Пандиона, с грохотом рассыпался над ним, и юноша, погружаясь, вдруг ударился о дно в вихре взбаламученных песчинок.

Два дозорных воина в коротких зеленых юбках – знак принадлежности к береговой страже Великого Зеленого моря, – опираясь на длинные тонкие копья, осматривали горизонт.

– Начальник Сенеб напрасно послал нас, – лениво проговорил один из них, постарше.

– Но корабль финикийцев был у самого берега, – возразил другой. – Если бы не прекратилась буря, получили бы легкую добычу – у самой крепости…

– Посмотри туда, – перебил его старший, показывая вдоль берега. – Пусть я останусь без погребения, если это не человек с корабля!

Оба воина долго всматривались в пятно на песке.

– Пойдем назад, – предложил наконец младший. – Мы и так много бродили по песку. Кому нужен труп презренного чужеземца вместо богатой добычи – товара и рабов, уплывших вместе с кораблем…

– Ты сказал, не подумав, – снова прервал его старший. – Иной раз эти купцы бывают богато одеты и носят на себе драгоценности. Золотой перстень не повредит тебе – зачем нам давать отчет Сенебу о каждом утопленнике…

Воины зашагали по плотной, утрамбованной бурей полосе влажного песка.

– Где ж твои драгоценности? – насмешливо спросил младший старшего. – Он совсем гол!

Старший угрюмо пробормотал проклятие.

Действительно, лежавший перед ним человек был совершенно обнажен, руки его были беспомощно подогнуты под туловище, короткие вьющиеся волосы забиты морским песком.

– Посмотри, это не финикиец! – воскликнул старший. – Какое могучее и красивое тело! Жаль, что он мертв, – был бы хороший раб, и Сенеб наградил бы нас.

– Какого он народа? – спросил младший.

– Я не знаю: может быть, это туруша,[33 - Туруша – этруск.] или кефти,[34 - Кефти, или кефтиу, – по-египетски значит «позади»; название Крита и жившего на нем народа.] или еще кто-нибудь из северных морских племен ханебу.[35 - Ханебу – северяне.] Они редко попадают в нашу благословенную страну и ценятся за выносливость, ум и силу. Три года назад… Постой, он жив! О, хвала Амону!

Легкая судорога прошла по телу лежавшего.