Боевая машина любви

Впечатляющие воображение завалы высились там, где некогда располагались театр, самая известная в столице лавка кружев «Респект» и дом главы Иноземного Дома. Сюда Эгин, живя некогда под фальшивой личиной чиновника все того же Иноземного Дома Атена окс Гонаута, был зван на молочного поросенка с розмарином. Кажется, глава Иноземного Дома присмотрел тогда молодого Эгина-«Атена» в кавалеры своей младшей дочери.

«А может, и не присмотрел…» – подумал Эгин, осознавая, что с тех времен для него успела пройти вечность.

3

Когда Эгин увидел, что Дом Герольдмейстеров в целом устоял, у него отлегло от сердца.

Он бодро взбежал на крыльцо. Ни молоточка, ни шнурочка… Ничего, чем посетитель мог бы культурно провозвестить свое появление.

Помявшись, Эгин как следует двинул в дверь кулаком.

Довольно долго внутри не было слышно никакого движения.

Эгин двинул еще раз.

«Неужели Альсим съехал? Надо же быть такой скотиной: съехать – и ни строчки не написать в письме!»

Эгин ведь все-таки не был в столице уже больше двух лет.

Наконец привратницкое окошко отворилось. Через решетку Эгин увидел незнакомое лицо немолодого человека, заросшее черной щетиной.

– Желаю видеть милостивого гиазира Еру окс Ланая, – вполне конспиративно начал Эгин.

– Это совершенно невозможно, – монотонно, как механическая кукла, отвечал привратник.

– Это ведь Дом Герольдмейстеров? – переспросил Эгин, окидывая фасад траченного стихийным катаклизмом строения более внимательным взглядом.

«Мало ли! Может, и правда ошибся, перепутал?»

– Да, это Дом Герольдмейстеров, – без выражения ответили из окошка.

– Значит, он принадлежит Ере окс Ланаю. Верно? – Эгин сдобрил свои слова светской улыбочкой.

– Неверно.

– Кому же он принадлежит сейчас?

– Сейчас он продается.

– А где гиазир окс Ланай?

– Не могу знать.

– Когда он съехал?

– Четыре дня назад.

– Прямо во время землетрясения? – с нарочитым сомнением поинтересовался Эгин.

– Не могу знать.

Эгин заметил, что в глазах привратника мелькнула тень замешательства.

– А кто может знать? – с нажимом спросил Эгин.

Вместо ответа привратник, не выдержавший словесного состязания, захлопнул окошко. Но не ушел. Он стоял с той стороны двери и ожидал реакции Эгина.

Эгин осознал, что следует срочно менять репертуар. Видимо, с Альсимом и впрямь неладно.