Научите своих детей

К сожалению, мы не сможет постоянно видеться здесь, так как я лишь учусь, мне просто не позволят ежедневно работать с тобой. Но если ты проявишь желание, мы можем видеться в неформальной обстановке.

После сказанных слов она опустила взгляд, сняла очки и проговорила:

– Я бы хотела помочь тебе.

Том был ошарашен признанием, и с этого момента чувствовал себя оскорблённым, неоправданно нуждающимся в какой-то помощи. Очередное разочарование, а ведь всё так замечательно прошло. Впрочем, стандартная ситуация.

– Что значит помочь? У меня нет никаких проблем!

Он резко подскочил, вскинув руки перед собой.

– Господи, я думал, что вы поняли, к чему я вас весь разговор вёл. Я надеялся, что хоть вы не станете, ровно как и остальные овощи, читать мне вспомогательные лекции, о поиске ориентиров в жизни, о расстановке приоритетов и так далее. Я доверился вам, я рассказал, почему я такой, но ничего менять не собираюсь…

Она его прервала:

– Ты неправильно меня понял! – Спокойно, но с давлением сказала она.

Том, заметно кипя, мгновение раздумывал, не решаясь ей повиноваться, однако всё же уселся перед ней.

– Не стоит принимать меня как терапевта, а разговор – как обязательную процедуру. – Алиса взяла его за руку. – Я не та, кто будет пытаться воспитать в тебе угоду людям. Просто я понимаю, что тебе нужен человек, с которым ты должен будешь говорить. Всем нам необходимо с кем-то разговаривать, и судя по тому объёму, что я сейчас узнала о тебе, ты почти ни с кем не делился этим.

Отпустив его, она впервые улыбнулась во весь рот. Том не смог остановить уход всей злости и наблюдал, как она меняет его настрой. Она была бесподобна.

– Когда ты хочешь увидеться в следующий раз?

Том недолго думая ответил:

– Хоть завтра.

Алиса внимательно на него посмотрела, улыбнулась и протянула руку за своей сумкой. Затем она достала оттуда небольшой блокнот, из которого на ковёр высыпалась куча визиток. Девушка тут же бросилась собирать их.

– Вот сюда. – Алиса раскрыла блокнот на определённой странице, куда Том аккуратно сложил всё собранное. – Одну можешь оставить себе.

Томас молчал, как влюблённый мальчишка, впервые увидевший свою пассию так рядом, так близко. Безусловно, он понимал, насколько очевидны его эмоции по отношению к ней, но он и не хотел ничего от неё укрывать. Он поймал взгляд её карих глаз на себе и молчал, просто молчал.