Магнификус II

В глубине зала, на стуле с высокой спинкой, дремал мужчина в балахоне из грубого сукна, с вышитой золотом на капюшоне стрелой, перед ним на блюде лежал большой недоеденный кусок мяса. На барной стойке сидела хрупкая девушка в весьма откровенном костюме и лютней в руках. Она, не обращая внимания на окружающих, пела.

Дручий сел за стол, максимально отдаленный от посетителей, и предложил Сергею последовать его примеру. К ним мгновенно подошел трактирщик.

– Воды, мяса, хлеба, сыра, и чтобы все было свежее, – заказал Дирон.

– Табак? – спросил трактирщик.

– Да, просто табак, – кивнул ДрагЛорд.

Когда трактирщик удалился выполнять заказ, Второй тихо полюбопытствовал:

– Что значит – просто табак?

– Без травы озарения, – ответил тот.

– Трава озарения здесь обычное дело? – еще больше заинтересовался Сергей.

– Обычнее, чем просто табак, – безучастно сообщил дручий и взглянул на гостя: – Что, у Древних трава озарения запрещена?

– Конечно, – стараясь быть столь же немногословным, ответил тот.

– Правильно, – сказал ДрагЛорд, – от нее глупеют. Гоблины любят траву. Древние мудры.

– От большинства удовольствий глупеют, – кивнул представитель мудрых.

– Кроме риска, – уточнил Дирон.

– Кроме риска, – согласился Сергей, начиная понимать жизненную позицию своего нового проводника.

Трактирщик принялся накрывать на стол. Прежде всего, он выложил перед посетителями две дымящиеся трубки с длинными чубуками.

ДрагЛорд взял одну из них и глубоко затянулся. Второй поднял свою трубку, тоже с удовольствием вдохнул в себя табачный дым и прислушался к пению девушки, сидящей на стойке с лютней. Родители наградили поющую на редкость высоким, но в то же время нежным голосом. Она пела о странствии какого-то рыцаря по волшебному лесу, где плачет ребенок. Рыцаря туда посылает цыган, нагадав ему на картах, что там он изменит свою горемычную рыцарскую судьбу.

Однако впоследствии оказывается, что в лесу плачет и не ребенок вовсе, а злобный демон. Рыцарь из леса с трудом уносит ноги, брошенный им демон вселяет в него другого демона, не лучше первого.

В общем, эта сентиментальная чепуха совсем не подходила мелодии. Однако Сергей больше смотрел на девушку, чем вникал в мытарства суеверного рыцаря.