Консул Содружества

– А если личность так и не выяснится?

– Не может этого быть! Думаю, к завтрашнему утру мы будем знать о ней все.

– Значит, мне можно будет завтра утром зайти?

– Конечно, можно. А сейчас, уважаемый господин…

– …Серж. Серж ван Гримм, – подсказал я, пожирая ее глазами.

– Да-да, господин ван Гримм. А сейчас я должна вернуться к исполнению своих прямых обязанностей.

– А можно я еще сегодня вечером заскочу? Может, что-то уже выяснится?

– Если это так для вас принципиально – заходите, – бросила уже на ходу Аля Лаура.

Она ушла, а я остался стоять у входа в приемное отделение. Истукан истуканом. Таких красивых женщин я видел раньше только по видеокубу. А вживую – никогда.

Волосы до плеч, чудо из густого солнечного цвета.

Каштановые брови – как две норовистых кометы.

Даже не намекающие на чувственность губы. Губы, равнодушные к поцелуям.

Взгляд сразу в душу.

От такого взгляда, я думаю, млеют даже киборги. Вот что это за взгляд.

Походка доктора Али Лауры Омаи была быстрой, подлетающей, пластичной.

Мне хотелось расхохотаться. Или заплакать. Или застрелиться тут же, от невозможности преодолеть разделявший нас стеклянный барьерчик.

То есть физически я-то мог перескочить через этот барьерчик. Или, например, разбить стекло.

Но я совершенно твердо знал: это не приблизит меня к Але Лауре Омаи ни на сантиметр. Я вспомнил плешивого доктора Леви.

В душе у меня все перевернулось. Мне даже начало казаться, что весь этот Глокк – не впустую. Пройти через ад было необходимо, чтобы в конце концов оказаться в приемном отделении.

На негнущихся ногах я вышел из госпиталя. И сразу же попал в железные лапы к нашим особистам…

Эти сволочи хотели знать все. Как любил напевать мой папа, монстр военной инженерии,

From my first cigarette

Till my last dying day.

Пожалуй, офицеры Особого отдела были даже хуже журналистов.

– Где и при каких обстоятельствах вы познакомились с человеком, выдававшим себя за Чаку Дюмулье?

– На каком основании сержант Гусак передал вам командование взводом?

– На чем основывается ваша уверенность в том, что вы ранили кроверна?

– Как именно вам удалось достичь пехотного катера?

– Не кажется ли вам странным повышенный коэффициент выживаемости вашего взвода?

Те же дурацкие вопросы.