Париж стоит мессы? Сборник рассказов

Только по воскресеньям, когда Пьер уходит «играть в бильярд с друзьями», Кристиан будет проводить с ним немного больше времени.

Умом она понимала Пьера – в той семье у него росли дети. Старшая дочь, Катрин, уже почти взрослая девушка и, кажется, не нуждается в заботе родителей, но при этом, судя по рассказам Пьера, совершенно не готова к вступлению во взрослую жизнь. Тут важно было ничего не упустить, иначе потом придётся слишком дорого платить за собственную беспечность. Париж – город соблазнов, и молодые девчонки часто попадаются в его сети.

Кристиан знала это по собственному опыту. А кроме дочери у Пьера есть ещё совсем маленький сын, к которому он очень привязан.

Конечно, нельзя ультимативно требовать от Пьера, чтобы он бросил своих детей, но как быть ей самой? Ребёнка она твёрдо решила оставить. Второй аборт себе просто не мыслила. После первого раза остались ужасные воспоминания. Страшной внешности женщина с двумя подбородками, взяв три стофранковых бумажки, куда-то исчезла и долго держала её в грязной прихожей, потом открыла дверь с пузырями отслаивающейся белой краской, нанесённой, наверное, ещё до войны, и крикнула: «Ну, иди, чего сидишь, или ты рожать надумала? – и скорее поняв по лицу девушки, чем услышав отрицательный ответ, добавила.

 – Деньги отдам, коли так, удержу только сто франков за визит, не думай, я работаю честно!» Кристиан усмехнулась про себя – визит к дипломированному врачу стоил не больше тридцати, а эта ценила себя намного дороже. Но, ничем не выдавая своих мыслей, она пошла, пошла туда, где будут убивать её не родившегося ребёнка.

В «операционной» было ненамного чище, чем в прихожей. Из ведра в углу торчала окровавленная вата, рядом, на полу, валялась грязная половая тряпка. Крепло желание повернуться и сбежать. Мало того, что страшно, когда в тебе будут ковырять непонятными какими-то инструментами, но она, к тому же, слышала порядочное количество историй про то, как молодые девушки не выживали после подпольных абортов. О том, что за такое можно попасть в тюрьму, она даже не думала, это казалось самым меньшим из зол.

Но её лучшая подруга Клод оба аборта делала именно здесь, и Кристиан осталась. Потом за те долгие, казавшиеся вечностью минуты, она не раз пожалела об этом, но изменить уже ничего не могла. «Одевайся, – сказала мадам Пайот, – в следующий раз приходи со своей простынёй, за такие деньги ещё и бельё стирать я не нанималась!»

«Нет, второго раза не будет! – сказала себе Кристиан.