Гироскоп Цибаркина

(* – маховая сажень равна 1 метр 72 см.)

– Вот теперь верю, Виктор Яковлевич, водятся здесь «русалки», – тяжело дыша, произнёс запыхавшийся от нелёгкого труда Цибаркин, – что-то даже ухи захотелось.

– Из щуки уха не очень, Степаныч. А это чудовище, – Мельников указал на только что выловленную щуку, – только на котлеты и годится, потому-как с возрастом мясо у неё задеревенелое.

– А это что за рыбина такая? – спросил Цибаркин, когда Мельников, проверив улов на второй жерлице, вытащил на берег рыбину в серебристой чешуе размером с аршин.

– А это друг мой, нельма-белорыбица, царская невеста, как её здесь величают. Вот из неё-то мы уху и сварганим, и строганинки замаринуем.

– Нельма говоришь! Слыхал, но ни разу не пробовал.

– Не уж-то не пробовал? – удивился Мельников. – Ведь к вам в Тюмень северяне и нельму, и муксуна частенько завозили.

– Вот именно, что завозили. Я тогда всё работой на электромеханическом был занят, а потом запил, ну сам знаешь. Так вот, друзей-северян завести не довелось, да и равнодушен я как-то к деликатесам всяческим.

– Да ты эти деликатесы и не пробовал, от того и равнодушен. Так что, ждёт нас уха барская из невесты царской.

– А со щукой-то что делать будем, Виктор Яковлевич? Мы же столько рыбы до Москвы не довезём, даже если на котлеты пускать.

– Не переживай друг мой, деду Матвею отдадим, а он уже найдёт рыбе применение, на котлеты ли перекрутить, или собакам скормить. У него хозяйство большое, всё сгодится.

Вдруг, отзываясь звонким эхом, округу огласил собачий лай.

– А я смотрю, кто это сдеся без спросу бродит? А это Виктор Яковлевис собственной персоной, однако.

Перед ними стоял невысокого роста мужичок-хант с редко седой бородкой. Разговаривал он с характерным для северных народов забавным акцентом, при этом не выговаривая шипящие звуки. Одет он был в противомоскитный маскировочный костюм, на поясе прикреплён охотничий нож, за спиной висела видавшая виды двустволка. Следом за ним из-за кустарника выбежала сибирской породы лайка по кличке Вьюга.

– Дед Матвей, привет старый друг! – обнял гостя Мельников. – Проходи за стол, вот-вот уха будет готова. Знакомься, это мой товарищ, Василий Степанович.

– А вы Матвей как догадались, что мы здесь? – тут же спросил Цибаркин после дружеского рукопожатия. – Костёр-то совсем недавно развели, да и дым в тайге из далека не видать.