Пепельный восход

Жаль, что Вы об этом забыли.

– Но....

– Когда Вы испытываете замешательство или стеснение, то начинаете разыгрывать из себя властного и сильного командира. Мне хватило суток, чтобы понять это. Спрашивайте лишь о том, о чем действительно хотите спросить.Это и будет истинным воплощением вашей Силы и Власти.

Тала замялась и опустила взгляд. Потом почти шепотом произнесла:

– Ты их убил. Всех… Даже безоружных.

– Они это заслужили. У них не было Чести, а значит, их жизни ничего не стоили.

– Но....их всех бы не казнили.

Дали бы шанс исправиться.

– Не дали бы. Знатные ублюдки знатных родителей. Их бы откупили, не дав шанса на искупление. Я даровал им этот шанс.

– Я принцесса, никто бы…

– Посмели бы. С тех пор как Ваш отец создал барьер, Вы либо средство достижения власти, либо бельмо на глазу. Вы демонстративно пытаетесь изображать неприятие своего титула, но в высшей степени зависите от него.

– Неправда! Ты ничего не знаешь.

– Возможно. Я могу лишь предполагать. И только от Вас зависит, окажусь ли я прав.

Но пока я вижу ребенка, до безумия нуждающегося в отцовской любви.

– Ты ничего не знаешь! – принцесса замолчала. – Какая же я никчемная. Даже защитить себя не смогла. А мой меч …

– Вы переполнены сомнением и неуверенностью. В этом причина неудач. Власть не терпит сомнения.

Яркая молния, минуя все громоотводы, ударила по улице вдалеке. Прогремел взрыв, и начался пожар. За ним последовали пожарные сирены. Там точно не обошлось без жертв. В последние две сотни циклов для Эорота это стало обыденностью.

Взрывы, сирены и похоронные процессии – вот современный быт Манарифа, столицы величайшей из Империй.

– Раз я могу спрашивать, то… как ты оказался в моей гвардии? Ты ведь белый страж.

– Меня так распределили.

– После бойни?

– Да

– Что там было? Здесь никто ничего толком не знает. Только слухи. Одни безумнее других.

– Каприз Кайнара убил моих братьев. Вот и все, что можно сказать.

– Капризы Кайнара забрали много жизней.

Вас ведь отправили в тыл к магам. Удар в спину! Такой был план?

– Плана не было. Генералы лишь талантливо изображали, будто он есть. Нас заметили почти сразу. Окружение и бойня. Ни шагу назад! До последней капли крови! – глаза Амириса наполнились неимоверной грустью. – Стоять насмерть! Любой из нас знал, что это самоубийство, но мы исполнили приказ. Умереть за свою страну – величайшая из почестей, а вот отправить своих бойцов на смерть – ужаснейшее из бесчестий.