Мой брат, мой враг

Потому и говорю: если посмотреть на вопрос политически…

– Политически я не умею, – сказал Бильбао. – В милицию обращались?

– Без толку. По рынку-то менты ходят, но в аккурат перед набегом исчезают. А нам потом говорят: у нас, мол, полно и других объектов. Но мне кажется, боятся они сами этих лысых.

– Почему лысых?

– А те, кто деньги у нас забирает, под ноль стригутся. И все как на подбор крупные бугаи. Ты Малашенка не знал? Он тоже ведь не подарок, в морфлоте служил, корову кулаком убивает. Отказался Малашенко им платить, и они его отделали так, что в реанимацию попал.

– И никто за него не заступился?

– Вот с этой рукой, – поднял Кобылкин культю, – разве навоюешь? И почти все продавцы такие: то больные, то старые. Это тоже политический вопрос, между прочим…

Бильбао поморщился:

– Да черт с ней, с политикой. Лучше скажи, сколько этих бугаев к вам приезжает.

– Когда четыре, когда пять. Так что и не знаю, стоит ли завтра за заготовку ехать, чтоб к выходным, значит, на рынок попасть.

Бутылка вроде как сама собой оказалась пустой. Хозяин позвал было жену, чтоб та принесла продолжение, но Бильбао уже поднялся из-за стола:

– Спасибо, хватит. Будешь сыну письмо писать – привет передай.

– Передам, а как же!

Кобылкин пошел провожать гостей до калитки. Те не сказали о деле ни слова даже тогда, когда потопали по щербатой асфальтовой дорожке, проложенной вдоль домов, в сторону моря. И он неуверенно крикнул уже им вдогонку:

– А с мясом-то, етить, как быть? Ехать на заготовку или уже и не надо никогда?

– Дак а чего ж, – пожал плечами Бильбао.

 – Непонятно разве? Раз друг помочь попросил…

– Добро. Так я и всем своим скажу!

Пустынна была эта улочка. Жара прогнала стариков в дома, молодых к морю, и только тощие коты отрешенными взглядами провожали сытых воробьев, перелетающих с дерева на дерево. Сиротка откровенно зевал: коньяк уже расслабил его.

– Бильбао, мы куда, купаться?

– Не знаю.

– Встряхнуться охота, не то засну.

– У тебя дел впереди много, – сказал Бильбао.

 – К поездке на рынок в Светловск надо подготовиться. Наших всех собрать, поговорить с ними, кого они еще с собой прихватить могут.

– А зачем нам армию собирать? Кобылкин же говорил, что этих пацанов от силы человек пять.

– Кобылкин еще говорил, что они Малашенко ребра поломали. А я драться с ними не хочу.

Сиротка остановился, даже рот разинул:

– Бильбао, ты боишься?

Тот покрутил головой:

– Я о другом.