Мой брат, мой враг

Казалось, что Чеха он слушал вполуха, невнимательно, и больше был занят созерцанием новых обоев, лишь вчера украсивших его офис. В кабинете еще стоял запах извести и краски.

Чех наконец закончил говорить и неуютно поежился, предчувствуя, какую реакцию вызовут сейчас его слова. И он не ошибся.

– Засранцы! Думаете, это вы для меня денег не привезли? Нет, это вы их для себя не привезли! И раз не хотите зарабатывать…

Чех осмелился перебить шефа:

– Почему не хотим? Но я еще раз говорю, Пал Палыч: их было десятка полтора.

Нас там прибить запросто могли. А Толяну морду начистили.

– …Если боитесь зарабатывать, – несколько изменил свою же фразу Дойник и опять стряхнул пепел на стол, – то зачем вы мне нужны? Мне что, кормить, кроме вас, некого?

– Мы не боимся, Пал Палыч. Но вы сто раз предупреждали, что не надо самодеятельности, вот потому я и пришел все доложить и посоветоваться, что делать дальше.

– Посове-етоваться! – сказал врастяжку Дойник, выпрямился наконец на стуле, бросил докуренную до пальцев сигару в мусорную корзину и положил руки на стол.

 – Ну, слушаю я твои советы. Выкладывай, что предлагаешь.

Чех дернул плечами:

– Что скажете, то и сделаем. Я соберу своих, умоем мы этого Бильбао.

Дойник скривился:

– Их десятка два, вас с полсотни… Ты знаешь, какой потом разбор полетов будет? Шум на всю страну, ментов пришлют на каждого брата по десятку, копать станут. А нам светиться пока не надо, Чех.

Чех тут же согласился:

– Не надо, конечно. Тем более у самого Бильбао дядя милиционер.

Капитан.

Дойник бросил на парня удивленный взгляд:

– И ты, засранец, предлагал тут драку устроить? Знал, что у этого типа выходы на ментуру, – и предлагал?

– Я ничего не предлагал, я пришел рассказать все, как было. Я пробовал с ним договориться, на свой страх и риск, между прочим. Сказал, оставь себе пятьдесят процентов, и разойдемся. Он не захотел и этого.

– Щедр ты чужие деньги разбазаривать. – Дойник встал, подошел к окну, тронул пальцем свежие пятна краски на стекле.

 – А что за капитан? Откуда? Я в районе вроде всех знаю.

– Да оттуда же, откуда и Бильбао.

– Что за кликуха такая чудная?

– Не знаю. Его фамилия Калганов, зовут Сергей. А дядя – Рыков. Ну, который в милиции работает.

– Рыков? – Дойник прищурился, потер висок. – Помню такого. Я его еще старшим лейтенантом знал. Заезжали как-то к нему вопросы решать…

Павел Павлович Дойник сам никаких вопросов, конечно, не решал.