Машины Российской Империи

Нет, не потому что мной манипулировали, хотя это было правдой, а потому что в этот миг я вдруг со всей отчетливостью понял одну вещь. Я ответственен. Ответственность лежит на мне. За себя, за это дело. За родителей. Они ответственны за меня, а я за них. И за то, чтобы все завершилось благополучно для всех нас. А без меня они могут не справиться. Я родителям не то чтобы не доверял, я как раз доверял им, но… В общем, как бы они чего не натворили. Нам нужно быть вместе.

По выражению моего лица мама тоже что-то поняла.

Она подняла руку, чтобы потрепать меня по щеке, но вместо этого хлопнула по плечу и вернулась обратно на диван в их половину купе.

– Фух… – переведя дух, я вытер перчаткой вспотевший лоб. Встал, потянувшись, сдвинул бархатную занавеску с кисточками, выглянул. Снова сел. Генри ободряюще улыбался мне, и я сказал:

– Хорошо, к делу. Давайте разбираться. Итак, радиовагон сцеплен с паровозом, нам нужно попасть на него…

Отец вставил:

– И главный вопрос, который перед нами стоит: как?

– Полагаю, посредством перемещения наших тел в пространстве, – сказал я.

– Тонко, брат мой меньший, – кивнул он и принялся загибать пальцы. – Есть три пути: поверху, то есть по крышам вагонов, раз. Сбоку, то есть вдоль бортов, два. И снизу – под днищем, три.

– У нас пятый вагон, впереди четвертый, третий, потом ресторан, – сразу возразил я, – по бокам идут окна купе, многие будут не зашторены… Как пробраться мимо них? Пригибаться? Или над окнами? Может, Джейн на такое способна, а мы с тобой вряд ли, брат мой старший.

Нет, по стенам вагонов – точно не годится.

– Под днищем… – начал отец.

– … вообще опасно. Там и мама, наверное, не сможет.

Джейн добавила, кивнув на чемодан с несессером, лежащие под диваном:

– У нас есть крюки, веревки, карабины, комплекты подходящей одежды, обувь. Даже блок-лебедка. Мы подготовились, Алек.

Я покачал головой:

– И все равно снизу – не вариант. Представьте, какой там ад, под днищем «Самодержца»… Ну, нет же, да вы и сами должны понимать.

Крыши – вот путь для сильных, отважных и умных.

Родители переглянулись, и Генри согласился:

– Поверху – самое оптимальное. Пойдем по крышам.

– Только на вагоне-ресторане обзорный купол, откуда нас увидят, – напомнила Джейн.

Мы замолчали, напряженно думая. Потом я щелкнул пальцами. Знаю, это невежливо, в приличном обществе так не принято, но я, со всем уважением, не мог назвать своих родителей приличным обществом.