Машины Российской Империи

Причем если вся схема была создана с помощью чертежных инструментов, то поганка с молниями намалевана поверх нее – от руки, грубо.

Я глянул на агрегат в углу, на схему, и решил, что поганка четко накладывается на сейф под кожухом. То есть непонятная штуковина пряталась под длинной дверцей за монтировочным люком.

– А кстати, – сказала Джейн. – Смотрите, на этой схеме в уголке что-то написано, совсем мелко. Может, код от сейфа внутри насоса? – Она склонилась над схемами. – Не могу понять. Латынь, что ли? В Училище ведь преподают латынь? Алек, прочти.

Настала моя очередь вглядываться. Буквы были очень мелкими.

– Сол… – пробормотал я. – Что же там… А, солярис. Солярис рецептум, гм.

– Что это значит?

– Ну, «солярис» – солнечный или световой. – А «рецептум» на латыни значит «приемник».

– Световой приемник?

Я пожал плечами:

– Получается, так.

– Там еще третье слово.

Я взял у мамы фонарик, посветил на схему и сказал:

– Последнее слово – «детонатиус». Не понимаю. Давайте просто введем этот код, и всё.

Подойдя к насосу, я набрал шифр на крошечном замочке внутреннего сейфа. Дверца раскрылась с тихим скрипом.

Внутри была стеклянная трубка с утолщением вверху, прикрепленная железными скобами к задней стенке кожуха. Она напоминала высокую поганку с прямой ножкой и светилась густым сине-зеленым светом.

– Вот она, эта штука с латинским названием, – объявил я. – Солярис рецептум детонатиус. Эти же слова служат кодом от сейфа.

Лица подошедших ко мне родителей были удивленными и встревоженными.

Джейн хмурилась. Генри осторожно постучал по трубке кулаком в перчатке и сказал:

– Не могу понять, что за материал. Похоже на стекло, но…

– Но какое-то неправильное стекло, – заключила мама. – И что там внутри? Свет красивый, только, видите, неравномерный. Изумрудные и бирюзовые волны… почему-то мне эта вещь не нравится. Она внушает тревогу. И напоминает поганку.

Я заметил:

– Она ни с чем не соединена – ни проводов, ни трубок, – тогда в чем ее функция? И еще не могу понять, как ее при необходимости вытащить.

Скобы не отвинчиваются, они приварены к кожуху. Их что, перепиливать надо, чтобы достать этот «рецептум»?

Пока они обдумывали мои слова, меня посетила новая мысль, я приподнял брови, оглядел родителей и просил:

– Слушайте, а не выглядим ли мы сейчас, как троица ослов?

– Это почему же? – ощетинилась Джейн.

– Но ведь нам нужно передать Мистеру Икс схему насоса? – я показал на восковку в ее руках.