SEX и демоны

Когда он только успел так уделаться?!

Один из «людей» Даудака – здоровенный увитый мускулами демон, аккомпанировал юному баронету на собранном из костей барабане, а двое других, сидя по-турецки, залихватски хлопали в ладоши, поддерживая танцевальный порыв гостя.

Твою мать… Шансы отсюда улететь стремились к нулю. В таком состоянии Тоши не то чтобы держать штурвал аэромобиля, он свой-то кожаный штурвал удержать был не в состоянии.

– Ну где вы ходите?! – заорал Гудруг так, будто мы находились на концерте рок-группы.

 – Этот учкак наконец зажарил нам молодого гурку!

И действительно, в углу обнаружился давешний хозяин постоялого двора с медным подносом наперевес, на котором громоздилась скрученная кольцами и зажаренная до коричневой корочки здоровенная змеюка! В глазах престарелого демона читался испуг и желание оказаться где-то далеко-далеко, а лучше всего, чтобы там оказались буйные гости. Под одним глазом дедка виднелся фингал, а на левый рог была надета кружка.

Но увы, не думаю, что нищие варвары могли себе позволить нечто большее, чем постоялый двор в самой заднице Сегменции Демавенд. Похоже, все остальные деньги Даудак отложил для Ичиру сотоварищи.

– За моего Друга, Наследника Керо! – взревел Дардак, когда гурка была разрезана, а кружки и рога вновь наполнены выпивкой.

Последние пару часов я уже плохо воспринимал происходящее. Бесконечные тосты, какие-то нелепые пари, откуда ни возьмись появившиеся полуголые рабыни, жратва и выпивка, выпивка и жратва… Когда я уже понял, что не в состоянии выпить даже еще один глоток, Дардак осторожно, словно ребенка, взял меня на могучие руки и отнес наверх.

Мне, как самому почетному гостю, выделили весь второй этаж. Факел, горящий на веранде, брызгал в комнату шипящим колеблющимся светом, который, однако, позволял немного рассмотреть обстановку… Но лучше бы ее видно не было. Косматые шкуры, потрепанные и засаленные подушки, тяжелые сундуки по углам.

И все это к тому же жутко смердело застарелым потом и копотью.

Только моя голова прикоснулась к подушке, как напротив прохода на веранду, романтически озаряемая трепещущим огнем факела, появилась женская фигурка. Кажется, эту рабыню я сегодня еще не видел. Те, что крутили задами внизу, были староваты и довольно страшноваты. У этой же виднелись тяжелые спелые бедра и объемная чуть отвисшая грудь, длинные волосы каскадом ниспадали до талии.