В шкуре демона

Спустя пару минут, демоница, со звонким чмоком оторвалась от моих губ, и я смог ее рассмотреть.

Ох ты ж!..

Идеально вычерченное матово-красное лицо, правильность черт коего могла посоперничать с ликами античных скульптур. Губы, мягкость и чувственность которых я только что испытал и которым обзавидовалась бы и Анжелина Джоли. Копна иссиня-черных волос, выбритых на левом виске, глаза, пылающие ярко-желтыми зрачками…

И даже закрученные назад рога и вшитая в кожу на щеке золотая цепь ее нисколько не портили.

А уж грудь… Да-да, абсолютно ничем не прикрытая грудь! Смотря на которую так и хотелось крикнуть – «Перфекто!» и зарыться в нее лицом. Тяжелые, будто набитые силиконовым имплантом полусферы с задорно торчащими сосками нагло уставились мне в живот.

Исходящий от нее едкий мускусный запах вначале показался неприятным, но уже через мгновение проник в кровь и зажег пожар внизу живота.

Вдруг демоница отвернулась и резко согнулась практически вдвое, представив на обозрение скрытую металлическими щитками задницу.

Щелчок, пластины, гулко стукнув, упали на гранитный пол и моему обозрению предстали два идеального вида полупопия ядрено-красного цвета.

Мать честная, более прозрачный намек трудно было представить! И все бы ничего, блин… Но хвост!!!

Мой полуметровый агрегат взвился под углом 90 градусов, а все дальнейшее произошло и вовсе само собой.

Я и заметить не успел, как демоница сдвинула ягодицами мою набедренную повязку и насадилась по самое «не балуйся».

На мгновение я даже забеспокоился, не проткнет ли такая дура ее насквозь? Но, то ли строение особей этой расы отличается от человеческого, то ли – то все долбаная магия, но размер елды не доставлял ей видимых неудобств. Наоборот!

И понеслось!

Ох, братцы! Это было… Не могу даже описать словами! Все такое – йэх, бум, трах! Йэх, уфф и вааааще…

Она скакала на мне и так и эдак, и я тоже постарался не дать слабины! Мои черные когти впивались в пышную задницу, прокалывая кожу до крови, я загибал ее и раком, и крабом, и устрицей… Ее полные огненной страсти крики, когда я вбивался в нее подобно сваебойной машине, заставляли колебаться даже магическое марево! А мой рык в те моменты, когда пожар в чреслах вырывался кипящей струей, клянусь, мог бы обрушить небо этого сраного мира!

– Агри, ты сегодня был на редкость нежен… – сказала она, когда свет снаружи уже потух, а мы в блаженной неге развалились на циновке.