Девятый сын Света. Вера. Любовь. Надежда

Он лежал на кровати, укрытый одеялом, поверх которого покоились исколотые руки.

– Привет, братишка. – улыбнулся я, сдерживая поток слез. Так, сделай глубокий вдох и успокойся. – Черт! Дайте мне минуту!

– Илон! – отец с силой сжал мне плечо и заставил еще раз взглянуть на брата. – Не видишь, на что он стал похож? Спаси его от этого. Только ты это можешь.

– Все хорошо. Не бойся, ты подаришь ему облегчение. – Алиса встала на носочки и поцеловала меня в щеку. Пахнуло гарью и серой.

– Вашего брата тут нет, есть только физическая оболочка, которая не чувствует абсолютно ничего.

 – подал голос доктор. – Вы проявите милосердие, если дадите этому телу спокойно умереть. Сердце просто остановится и все закончится. Прошу вас.

Я отпустил руку Алисы и подошел к аппарату. Большая красная кнопка, нажми и все закончится. Просто нажми и твой брат не будет страдать, а ты будешь дальше жить и будешь счастлив. Боль утихнет, все забудется.

– Давайте, молодой человек, вы сможете. – в глазах доктора сверкнул знакомый огонек.

Я занес палец над кнопкой и в последний раз взглянул на тело брата. Алион, прости меня за все. За то, что подкалывал, за то, что смеялся над твоими мечтами, за то, что не спас тебя. И за то, что убиваю.

– Давай! – глаза врача горели красным огнем, в голове вспылили странные картинки, подвал, пытки, боль вспышками загоралась в голове, принося воспоминания, которые были мои и одновременно чужими. Человек, похожий на отца, только старше, по имени Константин, огромная черная тварь с тысячей лиц и рук.

Мое лицо, покрытое чешуей и с такими же красными глазами, как у этого врача. Нерул Фель.

– Подождите! – нахмурился я. – Константин? Что тут происходит?

– Илон, зови меня папа, все в порядке, не ломай комедию, а жми! – отец злился, стоп, какой отец? Его глаза тоже сияли красным.

– Нажми на кнопку, и мы будем счастливы. Боль уйдет и все будет хорошо! – улыбалась Алиса, демонстрируя кошачьи зрачки в алых радужках.

– Ах ты сволочь! – заорал я, врезав от души врачу по наглой роже.

– Что ты творишь? – взревел отец.

– А ты вообще заткнись, хреновая три-дэ модель! – ярости моей не было предела от всего этого цирка. – Нерул, тварь!

– Раскусил-таки! – ухмыльнулся врач, превращаясь в чешуйчатого демона. – А ведь нажал бы ты кнопку, и все закончилось бы хорошо!

– Так, значит, только я мог добить Свет внутри себя? – спросил я, показывая пальцем на Алиона.