Путешествие за смертью. Книга 2. Визитёр из Сан-Франциско

Американец остановился и спросил:

– А вы приняли моё предложение?

– Да, но с небольшим условием.

– И с каким же именно?

– В Америку я отправлюсь не один. Вам придётся раскошелится на дополнительную каюту, гостиничный номер и прочие командировочные расходы для моего напарника.

– Это вообще не вопрос.

Клим Пантелеевич повернулся к помощнику и изрёк:

– Позвольте рекомендовать – Вацлав Войта.

Баркли протянул руку:

– Рад знакомству, сэр.

– Взаимно! – ответив на рукопожатие, вымолвил Войта на английском.

– Если я хоть немного разбираюсь в людях, то вы раньше наверняка служили в полиции, курите сигареты и иногда балуетесь алкоголем. Я прав? – прищурив по-охотничьи правый глаз, осведомился банкир.

– Абсолютно! И виски – один из любимых напитков.

– Прекрасно! Главное, нам с вами в нём не захлебнуться, когда поплывём через Атлантику, – сострил американец и вновь повернулся к выходу.

– Но сигнатуру взять всё равно надо, – напомнил Клим Пантелеевич.

– Ах да, простите, совсем забыл.

Не прошло и минуты, как Мистер Баркли, пряча бумажник в карман, вышел от доктора.

Уже на улице, протянув Войте полулист почтовой бумаги, он попросил:

– Не прочтёте ли, что мне начёркал этот высокомерный молодой медикус?

– Так-так, – замялся сыщик. – Тут названия лекарств на латыни. Думаю, в аптеке разберутся… Ага. Вот и на чешском: «Микстуры и порошки надобно принимать трижды в день, пять дней подряд, а также выпивать на ночь пол-литра молока. Курение и алкоголь во время приёма лекарств сугубо противопоказаны.

Жирное, жареное, сладкое и солёное исключить на ближайшие два месяца. Ежедневные прогулки на свежем воздухе не менее часа.

– Позволите? – американец протянул руку.

Войта кивнул и вернул рецепт.

Баркли сложил полулист вдвое, потом вчетверо и старательно разорвав, бросил под ноги. Серые кусочки бумаги, подхваченные осенним ветром точно сухие листья берёзы понеслись и потерялись где-то в конце аллеи.

Миллионер посмотрел на Войту жалостливыми глазами бассет-хаунда и, выуживая из кармана пиджака золотую зажигалку, спросил:

– Сигаретки не найдётся?

Вацлав замялся и взглянул на Ардашева.

Возникло неловкое молчание. Клим Пантелеевич махнул рукой.

Войта протянул пачку турецких «Murad».

– Вот и правильно, – улыбнулся американец. – Мой помощник Эдгар Сноу вегетарианец, абсолютный трезвенник и никогда не пробовал табака. Но он ест очень много соли. Любое блюдо или овощ ему кажется недосоленным.