Черновик беса

Её присылали со всех уголков империи. И каждый графоман был уверен, что его роман, повесть или рассказ – лучший. Опытному сотруднику газеты иногда было достаточно взглянуть на первую страницу, чтобы понять стоит ли читать дальше. До синопсиса чаще всего и не доходило. А если и случалось чудо, и он углублялся в рукопись, то иногда не замечал, как за окном опускался вечер, и пора было зажигать лампу.

Так произошло и на этот раз. Алексей Алексеевич снял стекло, поднёс к фитилю спичку и водрузил колпак на место. Лампа горела, и огонь был ярким и даже слегка слепил глаза, отчего строчки начинали расплываться.

Вот тогда Твердохлебов и решил прикрутить колёсико. Но лучше бы он этого не делал…

От взрыва лампу разнесло на части.

Обугленные останки секретаря обнаружат только после того, как потушат пожар.

– Бедолага погиб глупо, впрочем, как и жил, – скажет простой обыватель, прочитав сообщение в газете.

– Ничего не поделаешь – судьба, – тихо пробормочет другой.

И только я, услышав их разговор, промолчу и усмехнусь той же самой улыбочкой, с которой Твердохлебов советовал мне бросить писать.

Но я пишу, а этот несчастный уже почил. Он ушёл из жизни, ничего после себя не оставив. У него не было ни дома, ни семьи, ни кошки, ни собаки, ни сколько-нибудь ценного имущества. Собственно, и горевать по нему некому. Был – и нет. Испарился, как дождевая капля на плаще. Пройдёт пара-тройка недель, и о нём никто не вспомнит. Быть может, вы хотите узнать, почему я его сжёг? Хорошо, отвечу: я побоялся, что после смерти он попадёт в рай, так и не испытав ужасов адского пламени. Вот потому-то мне и пришлось устроить ему жаровню ещё при жизни.

Говоря по правде, дорогой читатель, это только начало. Самое интересное – впереди. Поверьте, мой уголовный роман захватит вас больше, чем его жалкое подобие – приключения выдуманного и никогда не существовавшего в действительности господина Шерлока Холмса. Это персонаж жил на бумаге, а я и мои герои – настоящие, живые. Они здесь, они рядом; стоят подле вас и наблюдают за каждым вашим движением.

Они будут любить, изменять, страдать и умирать вместе с вами.

Надеюсь, милостивые государи и государыни, моё чтиво вас заинтриговало. Я чувствую, как вы уже сгораете от желания узнать, что же будет дальше. Но наберитесь терпения, пока я занят сочинительством нового сюжетного поворота. Все мои главы хоть и короткие, но очень волнующие. (Продолжение следует)».

Появилась горничная, поставила кофейник, разлила кофе и удалилась.