Мертвый Инквизитор 1. Узник Фанмира

А он опять живой. Совсем странный живой мертвяк.

– Бессмертный? – уже ко мне обратился некромант.

В ответ я смог лишь кивнуть.

– С бессмертными я еще не работал, – маг Смерти задумчиво почесал подбородок, – гоблины притащили с Серых Островов много разного материала. В основном, конечно, дрянь. И тебя, – и снова я окунулся в бездонный черный омут его гипнотического взгляда.

– Впрочем, для придуманного мной ритуала не имеет значения, смертный ты или бессмертный. И тебе не удастся покинуть Круг, пока я этого не позволю, – наконец, пришел к какому-то решению Аарам Бледный, – Гварл, убей его!

Я попытался дернуться, рвануться, закричать – но взгляд некроманта был надежнее самых крепких пут.

Внимание! Вы погибли и были воскрешены в точке возрождения!

Уже в пятьсот-не-помню-какой раз увидел я системное сообщение. А вот следующее меня удивило, испугало, шокировало и обрадовало одновременно:

Внимание! Вы принимаете участие в ритуале зомбификации.

Вы можете подчиниться или сопротивляться ритуалу. В случае успешного завершения ритуала у вас изменится раса, характеристики, имя и уникальный игровой Ай-Ди.

Сопротивляться / Подчиниться?

Смена имени! Прощай, Объект 347! И, что самое важное – смена Ай-Ди (ID)! Считается, что уникальный номер персонажа, присваиваемый ему при регистрации, изменить невозможно. Ты можешь изменить расу, внешность, сменить имя и перебраться на другой конец Фанмира, сменить десятки вирт-капсул – но твой номер всегда тебя выдаст.

И вот теперь этот заскриптованный некромант неизвестного уровня хочет вот так запросто сменить его, одним махом выведя меня из-под возможного наблюдения! Конечно да, я хочу стать вонючим зомби и служить тебе вечно, о мой бледнолицый спаситель!

Ну, с вечной службой я погорячился, но ритуалу, разумеется, подчинился.

Яркая вспышка.

Тело мое охватывает жаркое пламя.

Потом – волна ледяного холода.

И – Перерождение.

Я открыл глаза. Тело мое лежало в вычерченном кровью круге, прямо в центре семиконечной звезды. Грудь моя была исписана мистическими символами – тоже кровавыми. И, судя по разрезам на запястьях, чернила для своей колдовской каллиграфии некромант выкачивал из меня.

– Встань, раб, – раздался спокойный голос колдуна. Его тон был даже не приказным.