Мертвый Инквизитор 3. Бездна Фанмира

И тут же мой верный «Щит Веры» (такой вот каламбурчик получился) послушно поглощает направленный мне в голову удар в 100 единиц урона – ничего так себе дерутся «печеньки», вполне потянет на первый юношеский по боксу!

В лог сыплются сообщения о нанесенном уроне и полученном опыте, но мне не до них.

Призванные мной создания бросаются на гончаров.

Водяница окатывает их струями мерзкой болотной жижи, не вступая в ближний бой и постоянно перескакивая с места на место, уклоняясь при этом от половины выпущенных в ее сторону снарядов.

Утопец тоже скачет, с азартом вонзая свой дротик в ничем не прикрытые тела. Ответные атаки вырывают из его тела целые куски мертвой плоти, но пока что болотная тварь держится. Уже два гончара сидят на земле, прижимая ладони к кровоточащим ранам – похоже, повреждения довольно серьезные.

Баньши уже нет на поле боя, и лишь оседающая куча сухой глины свидетельствует о том, что ее гибель не была напрасной: минус один голем.

Дохлятина же сражается с плотником, нанося сокрушительные удары лапами и с легкостью уходя от топора, сверкающего полумесяцем. Вот когтистая лапа распарывает бок Радмена, отрывая приличный кусок ткани, и тут же кошка отскакивает в сторону и прижимается к земле – так выглядит использование одного из ее защитных умений, повышающих Броню.

И тут я понимаю, что здесь не так.

«Скачок» переносит меня на десять метров назад, разрывая дистанцию между мной и моим противником.

– Я просто хочу вам помочь, глиняные вы головы!!! – кричу.

Праща срывается с моего пояса.

Оплетенные грубой нитью концы удобно ложатся в ладонь.

Взмах, второй, третий.

Зачарованный снаряд ударяет в бок одного из гончаров и взрывается, ослепляя того на 2 секунды.

– Прекратите!

Мастер Клэй поднимает руку.

Големы застыли, словно каменные изваяния.

– Отзови своих тварей, инквизитор! И тогда поговорим…

– Убери големов.

Для того, чтобы развеять Водяницу и Утопца, достаточно простой мысленной команды, но я использую появившуюся заминку, чтобы применить свой стандартный набор поисковых заклинаний.

«Чувство вины» показало, что среди встречавших меня людей нет убийц, воров и преступников.

«Поиск нежити» определил, что никто из них не является живым мертвецом или некротическим существом.

А «Поиск жизни» ответил на все мои вопросы.