Петр Алексеевич и Алексей Петрович. Исторический роман. Книга вторая

– Еще спрашивать! – взревел царь и выхватил кинжал, что всегда носил при себе.– Званиями, подлец, торгуешь. Так я уничтожу твой полк, а с тебя сдеру кожу до ушей!– Петр замахнулся, но стоявший рядом Меншиков перехватил руку. Царь тогда ударил наотмашь приятеля.

Шеин после того случаю попал в немилость, стал болеть и через несколько лет умер в молодом еще возрасте, успев, однако, еще послужить Петру. В отсутствие царя Александр Семенович руководил подавлением стрелецкого бунту 1698 года, хотя и проявил подозрительную, по мнению царя, поспешность в расправе над зачинщиками бунта.

Упование на царя в народе, среди бояр и духовенства после взятия Азова возросло неимоверно. При встречах приятели поздравляли друг друга, как поздравляют с рождением долгожданного дитяти или замужеством дочери.

– Слава богу, кажись, обрели настоящего царя. Сей Россию в обиду не даст.

– Что и говорить, сват. Давай выпьем за то. Теперича дела пойдут в гору. Такой и на бояр, и на купцов, и на разбойников управу найдет.

В мире и покое поживем.

– Все бы хорошо, да крутехонько берет, народ не жалеет.

– Ничего, попервах так и надобно, потом попустит.

– Дай-то бог.

Надежды на попущение со временем, однако, не оправдались. Попущение пришло лишь со смертью теперь уже не царя, а императора.

Глава пятьдесят пятая. Надобно учиться политесу

Отпраздновали победу, написали хвастливые письма многим европейским государям о славной виктории, а потом и призадумались, а что же далее? Тревожно ожидали, чем же ответит турецкий султан? На то время Османская империя – самое могущественное государство мира, простирающееся от Ирану до Южной Европы, где Турция продолжала отхватывать кусок за куском.

Турецкий флот хозяйничал в Средиземном и Черном морях и мог доставить на любой берег мощную армию. Татарские мурзы отлично знали дорогу на Москву. Двинь султан мизинцем – и от Москвы остались бы одни трубы да Кремль. Взять Азов – все равно, что дразнить тигра хворостинкой. Тигр лениво махнет лапой – и нет наглеца. Слава Богу, турецкий султан был занят более важными проблемами, чем идти на нищую Московию.

Все то Лев Кириллович терпеливо и подробно объяснил своему бесшабашному племяннику. Петр только драл ногти и сосредоточенно молчал.

– Выходит, с огнем играем, – наконец тяжело сказал. – Отчего раньше того мне не говорил?

–Боялся, Петр Алексеевич. Уж больно вы хотели воевать. И теперь боюсь, да надобно сказать. Теперь надобно ловчее делать.