Весёлые пилюли смехотерапии

Кинулись применять электрошок. Распанахали Кислицыну грудную клетку, проникли к источнику живительной энергии, который временно забарахлил, сделали электрошок, сердце опять приступило к работе. Здоровье оказалось железное, даром что музыканту досталось.

Оклемал наш Кислицын. Открывает очи: где он, что он? Белые халаты, уйма аппаратов и приборов – реанимация. Владимир Сергеевич с испугу чуть было опять ни упал в прострацию. Потрогал себя – весь в бинтах, один палец одиноко торчит, и вроде бы как здоровый.

Зато голова трещит, все тело ноет, и концерт, наверно, давным-давно прошел.

Через некоторое время заходит оркестр, в полном составе – больше 50 человек. С цветами, улыбаются. Дирижер говорит самокритично:

– Это я во всем виноват… я тогда посмотрел непримиримо на вас… хотел из оркестра удалить, как непонимающего общую концепцию моей парадигмы. Только теперь понял, что вы, Владимир Сергеевич – лучшая пятая скрипка в нашем коллективе.

Комплимент. Нет, чтобы к юбилею приберечь, или хотя бы к рабочему совещанию.

Нет, только в реанимации. Такие у нас традиции. А хирурга, стоматолога и анестезиолога Владимир Сергеевич так больше никогда и не видел. Иногда мелькнет, как творческое озарение, знакомая спина и растворится призраком среди больничной сутолоки. Сейчас Владимир Сергеевич систематически ходит в поликлинику на предмет состояния грудной клетки. А палец? Палец давно выздоровел.

Значение кондиционера

Я, старый еврей, не могу понять, что делается с нынешним климатом.

Солнце постоянно тратит лишние калории и льет на наши бедные головы бесплатную энергию тогда, когда его об этом никто не просит, даже наш ребе.

Ну понятно, когда высшие люди во главе с нашим мэром во время оттепели одаривают всех 100-градусным теплоносителем, от которого всем дурно – что с них возьмешь: они избраны на одну каденцию, во время которой хотят отовариться на всю оставшуюся жизнь, им не до нас. Но наверху-то сидят уважаемые всеми личности: наш Яхве, ваш Христос, Аллах, Будда.

С их стороны так просто невежливо изводить подчиненных такой жарищей.

Недавно притащилась с работы моя дочь Циля. Вид, как у тягловой, загнанной лошади.

–Циля, – говорю, – с таким вдовьим лицом тебя не станет снимать даже фотограф, который хочет хорошо заработать. А тебе ведь надо еще обдурить какого-нибудь Йоську, когда тому придет в голову глупая мысль жениться и начать плодить сынов израилевых.