Без пощады

С течением времени жара отступила, а вот пластинки – остались.

Яйца мафлинги откладывали в кучи прелых листьев дерева ламама. Там же, во влажной лиственной утробе, спустя два месяца из яиц, по прихоти природы лопавшихся в один и тот же час, с точностью до пары секунд, появлялись на свет малыши.

Новорожденные мафлинги походили на червяков. С достижением отрочества они начинали смахивать на крохотных жабовидных крокодилов. Лишь спустя полгода на их спинках проклевывалась нежная белая шерсть, тогда же отпадал атавистичный кожистый хвост, а спустя еще полгода их туловища начинали приобретать милые сентиментальному глазу гуманоида пухленькие очертания…

Следить за этими метаморфозами маленькой Тане было интересно.

Неудивительно, что на чтение книжек про Колобка, Винни-Пуха, волшебника Звезденция и на забавы с другими детьми у Тани просто не оставалось времени.

Да что там Винни-Пухи со Звезденциями! Завозившись с пластинчатыми друзьями, Таня частенько забывала пообедать и поужинать.

В один из таких разов Таня, неожиданно обнаружившая, что смертельно голодна, взяла да и выпила одно надтреснутое яйцо мафлинга, отбракованное роботом-сортировщиком…

Вскрывать яйца самостоятельно было строжайше запрещено. Об этом твердили и родители, и забранные красной рамочкой «Правила поведения зоотехника» – они висели на стене укрытого прелыми листьями вольера, где неслись мафлинги-трехлетки.

Но Танин любимчик – мафлинг по имени Гуся – обнадежил девочку. Мол, от одного свежего яйца ничего ужасного с ней не случится. А яйцо ведь все равно пропадет – поврежденные яйца отправлялись прямиком в утилизатор.

Ничего «ужасного» и впрямь не случилось.

По вкусу яйцо мафлинга напоминало печеный шампиньон, ставший вдруг жидким.

Правда, после этого ужина, который Таня затем неоднократно повторяла, она перестала бояться высоты и скорости, приобрела выносливость сержанта осназа и стала еще более замкнутой.

Впрочем, сама Таня приняла эти перемены как должное. Подумаешь высота! Чего в ней страшного? То ли дело переливчатые ку-сколопендры, которые так и шастают между камнями у воды. Укусила тебя такая – и ты в коме. Не успели вколоть антидот за ближайшие двенадцать часов – покойник.

Родители же Тани замечательных изменений в физиологии девочки и вовсе не заметили.

Слишком уж они любили смотреть визор.