Без пощады

– Назовите три первейшие добродетели!

– Слушаюсь, ашвант Кирдэр! Три первейшие добродетели – благая мысль, благое слово, благое дело!

– Хорошо… Старший лейтенант Степашин!

– Я!

– Как звали третью жену Заратустры?

А вот это уже завал. Кто же ее упомнит, третью-то?

Но старлей на удивление четко ответил:

– Хлоя, ашвант Кирдэр!

– Созвучно, но не совсем верно. Хлоя – имя библейское, а не авестийское. Кто поможет старшему лейтенанту Степашину? – Кирдэр обвел взглядом нашу полянку для занятий.

«Кто поможет»! Ну точно как в школе! Трогательно – до слез…

Теперь уже мы с Ходеманном и Свинтиловым руки не тянули.

Один только Злочев с легкой улыбкой превосходства сигнализировал правой ладонью: «А я все знаю! Все знаю я! Потому что я из Глобального Агентства Безопасности, да-да-да! И специализация моя – Конкордия!» И хотя Костадин мало чем походил на моего задушевного друга Кольку Самохвальского, эта черточка – знать все обо всем – их роднила.

Вспомнил я оболтуса Кольку, вспомнил тот день, когда считал его сгинувшим без следа, а себя – спасенным из плена, вспомнил, как все перевернулось за каких-нибудь десять минут… В итоге без следа сгинул я – с точки зрения Кольки и всего нашего 19-го отдельного авиакрыла.

А Колька, поди, благополучно вернулся на авианосец да еще орден огреб за удачную атаку «Балха»…

Если и впрямь вернулся. Откуда мне знать – ушли тогда «Три Святителя» в Х-матрицу или их долбанули напоследок так, что одно реликтовое эхо осталось?..

– Нет, Злочев, нет.

Я, пожалуй, до конца занятия попрошу вас себя не утруждать. То, что вы знаете все ответы на мои вопросы – какие есть и какие будут, – явствует из вашего удостоверения военнопленного. Аббревиатура ГАБ мне знакома. А я бы хотел услышать… хотел бы услышать… ответ кого-либо из господ старших офицеров. Скажем, капитана второго ранга Щеголева.

Кавторанг Щеголев – командир полка торпедоносцев 32-го авиакрыла 3-й воздушной армии (бывший командир бывшего полка – часть утеряна в Кларо-Лючийской оборонительной операции в полном составе вместе со знаменем).

Кавторанг Щеголев – человек в возрасте. Карьера не сложилась, жена ушла, дочь сбежала к одному из многочисленных левацких гуру в Лос-Анджелес – да так и с концами. Все это сломало мужика еще до начала войны. Ну а клоны довершили работу судьбы, за три дня боев распылив по высоким орбитам Лючии двадцать шесть из двадцати восьми торпедоносцев Щеголева, которым пришлось действовать без сопровождения истребителей.