Обитель Порока

Когда его злая сторона захватила контроль над разумом, нужные слова тут же пришли в голову:

– Послушай, ты грязная кухарка, я не спрашивал твоего мнения или ты забыла, что Ганц вернул тебя готовить? Так что хватит тут прохлаждаться, иди быстренько приготовь нам с управляющей вкусный ужин и достань из резерва хорошего красного вина. Если я увижу, что этим всем занималась не ты. Я позвоню Калипу, и ты отправишься назад в деревню доить коров. И я не играл с поношенной игрушкой Ганца, как ты удачно выразилась про себя.

Если через час в зале не будет накрыт стол, в одну минуту одиннадцатого твой жалкий маскарад закончиться в этом особняке навсегда.

Триша не ожидала такого ответа от безобидного мальчика, еще недавно благодарившего любого за внимание в свой адрес. Сейчас перед ней стоял настоящий Градский. Всю эту унизительную речь слышал уборщик и по совместительству любовник Тришы. Маркос бросил швабру и, засучив рукава, направился защищать честь своей девушки.

– Постой, нам стоит с должным уважением относиться к внуку Ганца, – окликнула его Триша.

Триша, глотая горькие слезы, низко поклонилась Стэфану.

– Как пожелает Месье, ужин будет готов вовремя.

Злоба, наслаждавшаяся победой над Тришой и над ее прихлебателями, постепенно выветрилась из Стэфана. Юноша пришел в себя, когда его тело, водрузившись на стул Ганца, сидело во главе большого средневекового стола. Триша накрыла на стол, а после смиренно встала на колени перед Стефаном.

– Что-нибудь еще, мой повелитель?

Стэфану стало невыносимо мерзко.

Встав с трона Ганца, он ответил:

– Не трогай меня и Кристин и можешь дальше делать тут, что хочешь.

Стэфан забрал бутылку вина и две тарелки с едой. Как раз в это время Кристин вернулась обратно. Ее ожидал накрытый стол и преданные глаза влюбленного юноши. Кристин села на кровать Николя и, посмотрев на Стэфана, уставшим голосом спросила:

– Что это?

– Я раздобыл нам еды. Я знал, что ты приедешь голодная.

– С чего ты это взял? Я ездила домой и покушала там.

Глаза Кристин были красными, а нос все еще шмыгал.

Влюбленный юноша тут же заметил это:

– Ты плакала? Что-то с мамой?

– Нет, с ней все хорошо. Просто почему-то я решила, что теперь смогу жить своей жизнью.

– А разве это не так?

– Нет. Мама так привыкла, что я содержу их с отцом, что и слышать не хочет о работе, а я так мечтала.…А в прочем это уже неважно. Послушай, я благодарна тебе за помощь и этот милый ужин, но я не нуждаюсь в такой заботе.

– Я помогу тебе.