Балканский рубеж

На ее лицо на смену шоку медленно-медленно выползало отчаяние.

– Опять война! – сказала она высоким обиженным детским голосом.

Шаталов попытался прижать ее к себе, обнять, успокоить, но Ясна изо всех сил отстранилась и крикнула ему в лицо:

– Понимаешь? Опять война!

Пружины и маятники

С большой высоты океан выглядит неподвижным. Нет ни приливов, ни отливов, ни грозных штормовых волн – лишь схематичный рисунок, узор на линолеуме. Зато четко, как на карте, проступают береговые линии островов, архипелагов, континентов.

То же и со временем: когда смотришь издалека, со стороны, пена дней, сиюминутные события перестают быть видны и теряют кажущуюся значимость. Но отдельные действия и решения очерчивают контуры будущего.

– …Не горячитесь, Евгений, прилетайте! Необходимо все спокойно обсудить, подготовим совместный меморандум… – голос в телефонной трубке принадлежал вице-президенту США Альберту Гору. – Вы должны признать: Милошевич не оставил нам поля для маневра, практически спровоцировал нас на вмешательство.

Наши действия носят исключительно гуманитарный характер. В создавшихся условиях США и Россия должны выступить с консолидированной позицией…

Гарвардский прононс, доверительные интонации. Речь журчит как ручей, окутывает теплым шерстяным пледом, и так не хочется разрушать иллюзию дружеского общения.

«Борт номер два» премьер-министра Российской Федерации Евгения Максимовича Примакова летел самым верхним для пассажирских воздушных судов эшелоном над ночной Атлантикой. Каждую минуту территория США становилась ближе на пятнадцать километров.

С каждым новым словом собеседника принятое решение казалось все более спорным, все менее выполнимым.

Помимо премьера в салоне находились четверо: сосредоточенный переводчик в наушниках с микрофоном – пока без дела, но готов приступить в любую секунду, стюардесса – застыла у дверей пилотской кабины, и двое мидовцев в креслах напротив – помощники в предстоящих переговорах, если таковым суждено состояться.

Толстые папки с материалами на столике громоздились кипой, загораживая иллюминатор.

Встреча готовилась несколько месяцев, над содержимым папок до последних минут работали тысячи человек с обеих сторон. Но в определенных ситуациях это перестает быть важным.

«Союзная сила» и «Благородная наковальня» – так переводились с английского названия военных операций – НАТО в целом и США в частности – против Югославии. Высокопарные обозначения, характерные для западной военной доктрины.