Балканский рубеж

– Юрий Борисович, – сказал штатский, крепко пожимая Шаталову руку. – Подсобрали тут кое-что, можно вывозить. Хрупкое надо доставить целым. К электронным узлам – с особой нежностью. Мои ребята помогут упаковать. Железки, обшивку можно в навал.

И тихо добавил:

– Как сам?

ВДВ и ГРУ часто выручали друг друга в горячих точках. Разведчики передавали десантникам информацию о брешах в обороне противника, десантники прикрывали отход разведчиков из самого пекла. В Афгане Бек и Платов вдвоем тащили по ущелью потерявшего сознание Шаталова почти десять километров.

В Приднестровье взвод Шаталова прикрывал группу Бека, запертую во взорванном бэтээре, пять часов до подхода подмоги. Майор ВДВ и майор ГРУ, им было что вспомнить и кого помянуть. На маленьком глобусе их тропинки снова пересеклись.

– Путем! – подмигнул Шаталов.

И прошел мимо, лишь незаметно толкнув Бека плечом в плечо. Незачем посторонним знать об их знакомстве с Юрием Борисовичем.

Десантники топтались у микроавтобуса, осматривались.

Тут было на что взглянуть: неподалеку возвышался самый крупный обломок фюзеляжа высотой с двухэтажный дом.

– Это что ж за кракуюда такая?! – восхитился Саня Зуев.

Цыбуля с важным видом разъяснил:

– Про самолеты-невидимки слышал? На утюг похожие. На них ни ракеты не наводятся, ни радары никакие. Где хотят, там и летают!

– Ну, этот, похоже, отлетался! – скептически заметил Коновалов. – Зря пиндосы не предупредили, что он невидимка!

Шаталов вернулся к десантникам:

– Слушай мою команду! Перед нами фрагменты военной техники потенциального противника.

Задача: все быстро, но бережно, без поломок и боя загрузить в будку и валить отсюда. Приказ понятен?

– Так точно, товарищ майор! – гаркнул Зуев. – А это правда «невидимка»?

– Невидимок не бывает, боец! А утюги не летают. А если летают, надо разобраться, как они это делают! Разговоры отставить, быстро все сделаем – еще на ужин успеем.

Закипела работа. Цыбуля замахал руками, помогая водителю грузовика сдать задом поближе к железякам.

Откинул затворы, распахнул дверцы, присвистнул.

– Ничего себе расцветочка!

В глубине фургона стоял замотанный в пленку ярко-красный диван. Это удивило и развеселило всех, кроме Шаталова, – доставка мебели была официальным предлогом для въезда югославского грузовика в расположение российского контингента в Боснии. На случай дальнейших разбирательств.

– В красном уголке в самый раз будет, – сказал он. – Прикройте его картонками, что ли.