Бетонная Луна. Вселенная Единения. Том 1

Как прекрасен был наш вечер… Я до сих пор помню его в деталях: после просмотра фильма мы отправились играть в боулинг, Фритц тогда набрал больше всех очков, а Йохан уронил шар себе на ногу; затем, счастливые, но уставшие, под утро разошлись по домам. Да, ночь была веселой, но, как оказалось, только не у моих родителей. Когда я позвонил в дверной звонок, на пороге меня ждал Энгель…

Черт, как тяжело это вспоминать…

Папа с мамой в тот вечер собирались в ресторан. Они уже выехали, но тут отца вызвали на срочное дело в Рок-Порт.

Он не вернулся. Я не знал тогда, в тот худший в моей жизни день, что вижу их в последний раз.

Энгель был там, его тоже вызвали. Отец в ту ночь участвовал в предотвращении теракта против сторонников вхождения Германии в USE. Нашу машину подорвали.

После этого кошмара у меня остались только бабушка и дедушка, которые спешно переехали в особняк. Дедушку вскоре забрала тяжелая болезнь – рак. А бабушка, казалось, тянула до последнего и, измучив меня деменцией, скончалась прямо под мое совершеннолетие.

По наследству мне достался огромный особняк в поселке и большие деньги. Но это не вернет мне родителей. Не заменит их…

Так я остался один. За мной присматривал Энгель – он обещал отцу.

А вот и Штерн: я уже въехал в мой родной поселок. Мне нравилось здесь все, особенно – всегда свежий сосновый воздух, совсем не похожий на тяжелый воздух в Розенберге. Поселок, объятый густым лесом, был расположен высоко на холмах. Штерн был очень большим – больше, скажем, Карбона.

Поселок построили давно, еще до основания Розенберга. Здесь преобладали преимущественно двух- и трехэтажные кирпичные коттеджи, но были и таунхаусы, и огромные особняки. Местные жители были хорошо обеспеченными людьми, в массе своей работающими либо в ратуше или других органах власти, либо в банках, страховых организациях, медицинских учреждениях, а также на теплоэлектростанции. Почти вся местная элита представляла собой старых коренных немцев, а не американцев.

Я подъехал к своему особняку, который находился прямо на опушке леса, в отдалении от других домов. Из-за этого у меня фактически не было соседей. Ближе всех располагался особняк Энгеля Беккера, который жил там со своей дочерью Мелани, моей лучшей подругой. Мелани была на год младше меня, она темноволосая, милая, у нее очень мягкий характер. Девушка работала в школе учителем математики.

В детстве мы много времени проводили вместе.