Золоту – жизнь, человеку – смерть

Через некоторое время по арыку поплыл плывун, он заполнял все вокруг.

Степан все дальше уходил от мельницы по арыку. Дойдя до густых зарослей орешника, потом папоротников он поднялся во весь рост и ушел в глубь леса.

Через полчаса он остановился около огромного раскидистого дуба, снял свою одежду, вытряхнув ее, вынул из дупла мешок, вынул из него содержимое, а туда положил свою одежду. Спустился вниз к реке, начал мыться.

Недалеко паслись лошади, одну из которых он оседлал, легко вскочил в седло. Выехав на лесную тропинку, вынул трубку из бокового кармана и закурил.

Чтоб скрыть свою тревогу и испуг, он запел. В душе разрывалось, клокотало сердце, оно просило мщения за предательство. Но страх перед встречей со своим бывшим хозяином гнал его дальше от встречи с ним.

Рано утром он подъехал к дому Яценко. На стук вышел Василий Евдокимович со своей женой.

Мать подошла к сыну, обняла, перекрестила.

– Вернулся мой родненький, живой и здоровый. Пошли домой, без тебя мы осиротели, один ты остался жив, остальные погибли, не вернулись с войны.

– Не причитай, мать, может, и остальные вернутся, нужно надеяться на лучшее.

– Попей молока, в доме больше нет ничего, пойду у соседей займу что-нибудь съедобное.

– Не нужно занимать, – сказал сын, положив ей в руки деньги. – Пойди, купи, что нужно тебе для дома, а мне дайте отдохнуть.

Лубенец убрал ящики и бревна, все сложил в кучу. Веревки смотал, сделал большой узел с петлей и повесил в сарае. От банка послышался снова шум, густая завеса пыли не давала рассмотреть, что там творится.

Он подошел к сточной канаве, она была полностью заполнена плывуном. Плывун бежал из многих расщелин и заполнял небольшие ямки, вот он дошел до плотины и остановился, заполняя впадину жидкой массой.

Зануздав лошадь, он поехал к рабочим на стройку. Оплатив за рабочую неделю и выплатив премиальные, многим предложил поехать на новое место работы.

Кто-то согласился, а некоторые торопились домой.

– Нам пора косить сено, а там поспевает рожь, ячмень, пшеница.

Согласны если, примите после уборки урожая.

– Я согласен, – сказал Василий Мурли и за получение этой зарплаты работать у вас, но только осенью. Жена болеет и мне самому придется убирать весь урожай. А хлеба нынче хорошие, и огороды на славу растут и плодоносят, успевай только собирать и возить на базар.

Получив расчет, все спешили уйти домой. Большинство наемников было из Великой Гремячи и Попивки.