Золоту – жизнь, человеку – смерть

Она осталась с отцом и матерью. А какие дети! Он уходил на войну, старшенькой было четыре года. Наташа была похожа на бабу, после нее сыновья – Михаил и Яков и младшенькая Надя, вся в мать. Прабабушка говорила, что его дочь Надя, что жена, так похожи друг на друга. А откуда он знал, какая была маленькая Оля?

Он ее узнал, когда засватали, тогда показали ему его жену. Они сидели за столом с дядьками, братьями матери и показывали свой товар.

«Посмотри кум, – говорил дядька Стефан,– какого я тебе парня привел, не парень, а чудо.

Обучен грамоте, лучший казак, ты его видел на сорочинской ярмарке, его гнедая заняла первое место.

Не парень, а сокол, любо посмотреть. Не избалован, не гулящий, не курит и не пьет».

Вышла Оля, неписанная красавица, стройная и высокая.

«Смотри кум, моя дочь под стать твоему казаку, не уступает ни в красоте, ни в трудолюбии. Даю два сундука приданного и половину земли, даренную мне за хорошую государеву службу. Наши земли делила межа, а теперь ее можно распахать и засеять.

Давай, кум выпьем, пусть наша земля полтавская родит. Им молодым ее пахать и засевать. Пусть молодые плодятся и веселятся».

Мать Оли посадила их рядышком, около себя его, а Олю с отцом, а оба дядьки с другой стороны стола.

Пришли дядька Стефан с женой и сосед со своей. На следующей неделе сыграли свадьбу. В субботу свадьба была в доме невесты, а в воскресенье – жениха. С понедельника целый поезд гостей поехал от жениха в гости к невесте, а те свой поезд отправили.

И только во вторник утихла в обоих домах музыка и песни. Со среды невестка пошла доить коров, готовить завтраки. Свекровь исподтишка наблюдала, как сноха готовила первый завтрак.

Приготовив еду, Оля подошла к свекрови:

– Мама, подымайте всех, пора завтракать.

Свекровь, не ожидавшая такого подвоха со стороны снохи, встала на ноги и спрашивает: «Что ты сказала?»

– Пора, мама, завтракать.

– Дядя Леня, о чем вы думаете? – уже несколько минут стою, наблюдаю за вами и зову, а вы – ноль внимания.

Что случилось, о чем задумались?

– Вспомнил дом, Вася, семью, свой хутор. Сумеем ли мы довести начатое дело до конца или нет. Что ни день, то все горше, все труднее приходится работать. И лучшие люди бросаются в крайность, лишь бы спастись.

– Вы, дядя, говорите о полковнике Зареве, о его переходе к большевикам?

– Да, о нем. Это непростительно с его стороны. Он же старый кадровый офицер.